ეკუმენიზმის თემა მორწმუნე საზოგადოებაში ძირითადად ტაბუდადებულია. ხშირად ამ საკითხისადმი დამოკიდებულება ეფუძნება საკითხის ძალიან პრიმიტიულ ხედვას და რაც მთავარია, მართლმადიდებელი ეკლესიის ტრადიციის გაუთვალისწინებლობას.წარმოგიდგენთ წმინდა გრიგოლ ფერაძის ნარკვევს ლოზანაში ეკუმენური მოძრაობის შესახებ და მის სიტყვას წარმოთქმულს ამ კონფერენციაზე.სტატია პირველად დაიბეჭდა წიგნში “ეკლესიის საზღვრები” თამარ გრძელიძის რედაქციით, შემდეგ კი ბიბლიურ თეოლოგიური ინსტიტუტის პერიოდულ გამოცემაში “დიალოგი” (N 4). გერმანულიდან თარგმნა თამარ ჭუმბურიძემ
მსოფლიო კონფერენცია ლოზანაში რწმენისა და საეკლესიო წყობისათვის
ამა წლის (1927 წ. – რედ.) აგვისტოში ლოზანაში ჩატარდა მსოფლიო კონფერენცია, რომელიც უკვე ათი წელია მზადდებოდა. მასში მონაწილეობა მიიღო თითქმის ყველა ეკლესიამ. არ იყო წარმოდგენილი რომის ეკლესია – მხოლოდ ორი კათოლიკე მღვდელი (ერთი ავსტრიიდან და მეორე ვროცლავიდან) ესწრებოდა როგორც სტუმარი.
ბერძნული მართლმადიდებელი ეკლესიებიდან, სამწუხაროდ, არ იყო წარმოდგენილი ორი: დიდი მომავლის მქონე რუსეთის ეკლესია და ძველი და საპატივცემულო საქართველოს ეკლესია, რომელიც თავისი ფესვებით ქრისტიანული ეკლესიის უძველესი ისტორიის ყველაზე ადრეულ პერიოდს სწვდება.
კონფერენციის მომწყობთა სასახელოდ უნდა აღვნიშნოთ, რომ ამ ეკლესიების ხმამ მათი წარმომადგენლების სახით მაინც გაიჟღერა – რუსეთის მხრიდან არქიეპისკოპოსი ევლოგიოსი და პროფ. ს. ბულგაკოვი იყვნენ პარიზიდან, საქართველოს მხრიდან კი – ამ სტრიქონების ავტორი. მართლმადიდებელი ეკლესიების გარდა წარმოდგენილი იყო სომხურგრეგორიანული ეკლესია ეპისკოპოსებით ბალაკიანითა და თოურიანით და სირიულ-იაკობიტური ეკლესია ერთი ეპისკოპოსით დამასკოდან.
კონფერენცია 3 კვირა გრძელდებოდა (3-21 აგვისტო) და მისი საქმიანობა წარმატებული და კურთხეული იყო. დავალება, რომელიც მან მიზნად დაისახა, უძველესი და მარად ახალია: გარკვეული თანხმობა რწმენასა და საეკლესიო წყობაში, რითაც გაყოფილ ეკლესიებს შორის კავშირი უნდა აღდგეს; პირველ რიგში კი დასახულ უნდა იქნას სამომავლო გზები, რათა ეს კავშირი შედგეს. ამისათვის კი მოსამზადებელი სამუშაოს ჩატარებაა საჭირო.
ამ მძიმე დავალების შესრულებისათვის ეკლესიების მხრიდან პირველ რიგში კეთილი ნება იყო საჭირო, – გაცნობა და კონტაქტის დამყარება სხვადასხვა ეკლესიურ გაერთიანებათა შორის; საკუთარი შეცდომების აღიარება და მცდელობა მათი გამოსწორებისა, რადგან ჩვენ ყველას ერთი და იგივე მაცხოვარი გვყავს; გვაქვს ერთი და იგივე წმიდა წერილი – ბიბლია, რომელიც, სამწუხაროდ, სხვადასხვა ეკლესიის მიერ სხვადასხვაგვარად განიმარტება, რაც არც თუ უმნიშვნელოა; გვაქვს ერთი და იგივე მიზანი – ამ ცოდვილ მიწაზე ღვთის საუფლო შევქმნათ და მათ, ვინც სიბნელესა და სიკვდილის ჩრდილში იმყოფება, სიხარულის ამბავი ვაუწყოთ.
ჯერ კიდევ ბევრი, ძალიან ბევრია ისეთი რამ, რაც ერთი სხეულის სხვადასხვა ნაწილებს ერთმანეთს აშორებს, და არა მარტო აშორებს, არამედ – აომებს.
ეკლესიები, რომლებსაც საქმე შედარებით მოწესრიგებული აქვთ და ხარობენ ეკონომიკური და პოლიტიკური სიკეთით, სხვა ეკლესიებს ზემოდან დაჰყურებენ და არ ფიქრობენ იმაზე, რომ უფლის ნება იმ ეკლესიების დახმარებაა, რომლებსაც უბედობის გამო შეწევნა სჭირდებათ. ლოზანაში ცხადად ჩანდა სულიწმიდის მადლი. მის გარეშე ამდენ ხმასა და ენას შორის, ხატოვნად რომ ვთქვათ, გზის გაგნება შეუძლებელი იქნებოდა. ჩვენ ძალიან კარგად გვესმოდა ერთმანეთის: უძლიერესნი ანგარიშს უწევდნენ ყველაზე სუსტებს და ეს სულიწმიდის შეწევნით ხდებოდა, რაც ლიტონი სიტყვები კი არა – ფაქტია.
ლოზანაში გატარებული დღეები ყველაზე შთამბეჭდავი მოვლენაა ჩემს ცხოვრებაში. აქ წარმოდგენილი იყვნენ ქრისტიანული სამყაროს უდიდესი პიროვნებები. ჩემთვის დაუვიწყარი იქნება 7 აგვისტოს სხდომა – „ეკლესიის უწყება საყოველთაო სახარებაზე“ და ამ მოხსენების გამოძახილი ამავე დღეს მეორე ნახევრის სხდომაზე – მოკლე მიმართვები: ერთი ინდოელისა, დორნაკელი ეპისკოპოსისა და ერთიც ჩინელისა.
პროფ. დაისმანმა, ეკუმენისტმა ქრისტიანმა, ახალი აღთქმის სიღრმიდან ამოსვლით გვიჩვენა, რომ კაცთა საქმე მერყეობისთვისაა განწირული, რომ ღვთის ნების ზემოქმედებას ეჭვიანობა, ამპარტავნობა, ბრაზი და შური აბრკოლებს. მან გაიხსენა: როდესაც მოციქულმა პავლემ ქადაგებით ელენეს სანაპირო გადაიარა, ასევე ბევრ ადამიანურ წინაღობას წააწყდა, მაგრამ არ აჰყვა დავასა და კამათს და შრომითა და ბრძოლით განაგრძო გზა იესოსათვის, რომელიც მას დამასკოს გზაზე გამოეცხადა: „ახალი ევანგელიზაცია, – დასძინა ბატონმა პროფესორმა, – უნდა იყოს თვითევანგელიზაცია ცალკეული პიროვნებისა და თვითევანგელიზაცია ეკლესიისა, ორივე გზის შემდეგ კი – ერთდროულად ნაციონალური და სოციალური ჯგუფების ევანგელიზაცია“. ამის გამოძახილი გახლდათ ორი ხმა არაქრისტიანული ქვენებიდან.
ერთმა ინდოელმა ეპისკოპოსმა, რომელთან ერთად კანცენბერიში ვიყავი, ყურადღება გაამახვილა იმაზე, რომ ეკლესია ინდოეთში ერთხმად ღაღადებს: „მოინანიეთ და იწამეთ სახარება“, მაგრამ როგორც კი გამოფხიზლებულნი ეკლესიასთან შეერთებაზე ფიქრს დაიწყებენ, მაშინვე თავსიჩენს საეკლესიო განხეთქილება, – „რომელი ნათლობით უნდა მოვინათლო და რომელ ეკლესიას უნდა შევუერთდე?“ ევროპაში ან ამერიკაში ქრისტიანობის ეს დაყოფა შეიძლება სისუსტეს ნიშნავდეს, მაგრამ ინდოეთში ის დამაბრკოლებელი ლოდი და ცოდვაა.
ჩინელმა კითხვით მიმართა კრებას: როგორ წარმოუდგენია მას მსოფლიო როგორც ეკლესიათა საელჩო, არიან თუ არა ინდოეთი, ჩინეთი და აფრიკა შეგნებულად გაერთიანებული მასთან? ამ ელჩობის და მისი ზემოქმედების წარმოჩინებისას მან აღნიშნა, რომ ჩინელები სვამენ კითხვას: „როგორ გამოიყურებიან გამოსყიდულები და შენდობილები და როგორია ასეთი ადამიანების ერთობა? მართლა სხვანაირ ნი და უკეთესნი არიან ისინი?“
ჩვენ შევიკრიბეთ ლოზანაში. ეს უკვე გამარჯვება და წინსვლაა, რადგან სიხარულით გვევსება გული, რომ ერთიანობის იდეა მხოლოდ რამდენიმე ქრისტიანს ან რამდენიმე ეკლესიას კი არ ასულდგმულებს, არამედ მთელს კაცობრიობას.
შესაძლებელია კი, რომ ერთ კონფერენციაზე განხორციელდეს გაერთიანების ეს საღვთო საქმე? ისტორიის მანძილზე იყვნენ ცალკეული, განსაკუთრებული ნიჭით დაჯილდოებული ადამიანები, რომლებიც დიდი სიკეთის ან დიდი ბოროტების მიზეზად იქცნენ, თუმცა ერთიანობისათვის ბოლო სიტყვა და ბოლო აგური ერთ რამეში მაინც შეინარჩუნეს. მაგრამ ისიც არ უნდა დაგვავიწყდეს, რომ წინასწარმეტყველი ადამიანები საჭირო არიან როგორც წინამორბედები, რათა ბოლოს და ბოლოს ვინმემ მოიმკას ის, რაც მანამდე, მრავალი ასეული წლის მანძილზე, დიდი შრომით, ოფლითა და სისხლით, ღიად და ფარულად, დაითესა და მომწიფდა.
ეს კონფერენციაც ერთ-ერთი ასეთი წინასამუშაო იყო, და მხოლოდ ისღა უნდა ვისურვოთ, რომ თესლმა, რომელიც უძველესია და მარადის ახლადდათესვადი, მცირე ან დიდი ხნის შემდეგ, როგორც ღმერთი ინებებს, ნაყოფი გამოიღოს
გრიგოლ ფერაძის სიტყვა ლოზანის კონფერენციაზე
ამ ღრმადპატივცემული მსოფლიო კონფერენციის გამგეობამ ჩემი ეკლესიის ხმის გაგონებაც ისურვა – მადლობას გიძღვნით ჩემი ეკლესიის ძმური სიყვერულისათვის.
ნება მიბოძეთ ვთქვა, – მართალია, არა ჩემი ეკლესიის სახელით, მაგრამ მისი სულიდან და ჩემი ხალხის სულიდან გამომდინარე, – რას ვფიქრობ ქრისტიანთა ერთიანობის შესახებ და როგორ მესახება იქამდე მისასვლელი გზები.
ერთიანობა რაღაც წმიდა და საოცარია, – ის ჩვენი უფლის ბოლო ლოცვაა მამისადმი და ბოლო წინასწარმეტყველებაც, რაც მაშინ აღსრულდება, როცა უფალი ინებებს და საამისოდ შესაბამისი დრო დადგება. მაგრამ ჩვენ მონტანისტურ აპოკალიფსში არ უნდა ველოდეთ ამ საათს, ჩვენ უნდა ვილოცოთ და ვიშრომოთ, რათა იგი მალე დადგეს. მხოლოდ სიყვარულს, დიდსულოვნებას, ძმური მოთმინებისა და ტაქტიანი ანგარიშის გაწევის გზას შეუძლია მიგვიყვანოს იქამდე. სიყვარულით ყველაფრის მიღწევა შეიძლება. მას არ ეშინია წინააღმდეგობების – ის ყველაფერს იტანს და ყველაფერს ადნობს და აქრობს, რაც დასადნობი და გასაქრობია.
ნება მიბოძეთ, მოკლედ მოგახსენოთ: მე, როგორც მართლმადიდებელი ქრისტიანი, ჯერ ჩვენს სემინარიაში ვსწავლობდი – თბილისში, მერე ჩვენმა პატრიარქმა გამომაგზავნა ბერლინში ევანგელისტებთან (ჰარნაკი, დაისმანი და სხვ.) თეოლოგიური განათლებისათვის, მერე გავიცანი კათოლიკური მსოფლმხედველობა ბოლანდისტებთან ბრიუსელში და ლიუვენში და ბოლოს ანგლიკანური ეკლესია ოქსფორდში და ინგლისის სხვა მხარეებში. ყველგან სიყვარული ვპოვე, – იეზუიტებთანაც. „შეიძლება იმიტომ, რომ ბოლანდისტები კარგი იეზუიტები არიან“, როგორც ამას ოქსფორდელი მამა ჰედერი ამბობს ხოლმე. არც ერთ მხარეს არ უცდია, ჩემს ეკლესიას ჩამოვშორებოდი. მე ყველგან პირველ რიგში ვცდილობდი მენახა და მესწავლა ის, რაც ჩემი ეკლესიისათვის მნიშვნელოვანი და სასარგებლო იქნებოდა.
ჩემი თანამემამულეები ძალიან მტკივნეულად განიცდიან, როდესაც სხვა აღმსარებლობის წარმომადგენლები ჩვენს ეკლესიას სამისიონერო ველად სახავენ და ჩვენს ძალებს, რომლებიც სხვა მიზნებისათვის უნდა გამოვიყენოთ, მათი მოგერიებისათვის გვახარჯვინებენ. თუკი ვინმეს ჰგონია, რომ ავადა ვართ, მაცხოვრის ბრძანებისამებრ, ავადმყოფს გამოჯანმრთელებაში დახმარება ჭირდება. ამ მხრივ ჩემთვის სანიმუშოა ჩემი აწ გარდაცვლილი მამობილის, დომეტ. იოანე ლეფსიუსის საქმიანობა.
მეორეც: ღია მისიაში გარკვეული სიცხადე უნდა იქნას შეტანილი, რათა განხეთქილება კიდევ უფრო არ გაიზარდოს.
მე, როგორც მართლმადიდებელმა ქრისტიანმა, უნდა ვაღიარო, რომ მართლმადიდებლური ქრისტიანობის ვალი მაჰმადიანებში მისიონერობაა. ჩვენ, ქართვლებმა, ძალიან ბევრი ტანჯვა გადავიტანეთ მაჰმადიანური ფანატიზმისაგან და 1200 წლის განმავლობაში სისხლით ვიცავდით ჩვენს ეკლესიას.
უფლის ბრძანებაა, მტერს სიყვერულით შევხვდეთ და ბოროტს სიკეთით ვძლიოთ. შესაძლებელია, ამ მოვალეობის აღსრულების გზაზე დასავლეთის ეკლესიებმა იმდენი ვერ გააკეთეს, რამდენიც ჩვენ შევძელით. თუმცა, რასაკვირველია, ამერიკელების პიონერულ მოღვაწეობას უდიდესი მნიშვნელობა აქვს. ამ სამუშაოში ჩვენი ძალებიც უნდა იქნას გამოყენებული და ჩვენც უნდა დაგვიხმარონ, რათა ჩვენი მოვალეობა შევასრულოთ და საკუთარი მისია ჩამოვაყალიბოთ.
მესამე და უკანასკნელი: მე არ მჯერა, რომ ჩემი ხალხი ახლა ან მოგვიანებით რაიმე დოგმატური გაერთიანების თანახმა იქნება. ჩვენთან ეკლესია ხალხის სულია. იგი ყოველთვის მხარდამხარ მიუძღვებოდა ჩვენს ხალხს. ტანჯვასა და მწუხარებაში მან დაიცვა და გადაარჩინა იგი. ეკლესია ხალხს არსებობის იმედს და რწმენას უნერგავდა და ყველაფერი, რასაც ეკლესია ფლობს და რაც შეიძლება სხვას მცირედ ეჩვენებოდეს, არის ხალხისათვის – ტრადიციით და აღმსარებელთა სისხლით განწმედილი.
მხოლოდ დახმარებისა და უანგარო სიყვარულის გზამ შეიძლება მიგვიყვანოს ერთიანობასთან. ათი წელია, ჩვენს ეკლესიას არა აქვს სემინარია მღვდელმონაზონთა მოსამზადებლად და მას სჭირდება განათლებული სასულიერო პირები ხალხის სულის განსაწმენდად. ჩვენი ეკლესია ნაკლებადაა ცნობილი და ჩვენ გვჭირდება მეგობრები ყველა აღმსარებელთა შორის. ჩვენმა ეკლესიამ ისტორიის მანძილზე თავისი შვილების გმირობის, მარტვილობის, სიყვარულის და განსაცდელის ჟამს მაცხოვრისადმი სასოების საკმაოდ ბევრი მაგალითი აჩვენა და სხვა აღმსარებლობებსაც ასევე ჰმართებთ, ცხადყონ, რომ უანგარო შემწეობასა და სიყვარულში ქრისტიანს ვერავინ აჯობებს.
The United States and the ancient kingdom, now republic, of Georgia have honorable histories as civilized nations — Georgia’s far longer than America’s. The first, unofficial contact between the two came a quarter of a century after the United States had declared independence from Britain, and at a time when Georgia was losing its independence to Tsarist Russia. It would be decades more before American consular officials were stationed in Georgia — after a visit by a famous American general.
This essay does not attempt to catalog early visitors to Georgia from elsewhere in the Western world. However, they included people from Britain, France, Italy, and other countries. Enough Germans were living in Tbilisi in the nineteenth century that they formed a German suburb there. The British alpinist Douglas Freshfield led an expedition to the Caucasus in 1870 and seems to have been the first person to climb Kazbek, elevation 16,512 feet. There were enough European alpinists in the Caucasus by the time of the First World War that the president of Britain’s Royal Geographical Society said that they had “added a new playground to Europe.”1 War and revolution of course closed that playground for a long time, for Americans as well as others.
The first recorded American visitor to Georgia was a man who bore the most common surname in America: Smith. He was, however, a most uncommon man, at least as regards travel. Joseph Allen Smith, who has been called an “American Grand Tourist,” was born in 1769 to a wealthy family in South Carolina,and, like a number of other wealthy young Americans, he went abroad.
Joseph Smith, however, did not go on the usual Grand Tour that a wealthy young Englishman might take, which was a trip of several months to France, Italy, and sometimes Germany. Smith spent fourteen years in foreign travel, and his travels took him to the Russian Empire including, briefly, Georgia, at the beginning of 1804. He went beyond Georgia into Azerbaijan, with a Russian military escort, and watched the Russian army occupy the Muslim khanate of Gandja. Smith might have returned to the Caucasus if he had become the American envoy to Russia, as he hoped would happen; but he was never named to a diplomatic post and never returned to the Russian empire.2
The next American to visit Georgia, just three years after Smith, was another wealthy young man from South Carolina, Joel Poinsett.3 Poinsett is best known as the American envoy to Mexico in the 1820s who, as an amateur botanist, discovered the shrub with beautiful red flowers which is named for him — the poinsettia. Later in life he served as a member of the U.S. Congress and as Secretary of War.
Poinsett traveled to St. Petersburg at the end of 1806, when he was 27 years old. Like Smith before him, he had a friendly audience with Tsar Alexander I. As a result, when he left the capital in March 1807 for the Volga and the Caucasus, accompanied by a 20-year-old Englishman, Lord Royston, the authorities provided them with an escort of Cossacks and sent word to Russian commanders that they should offer the two travelers all possible assistance. They traveled from Astrakhan to Baku, Tbilisi, and Erevan, where they watched the unsuccessful Russian siege of that city.
One can question how much young Poinsett, traveling with a Russian military escort, learned about Georgia and its people. However, we know from his diary that he “supped with Her Majesty the Queen of Imeretia on the roof of her house.” This was presumably outside Kutaisi, and the lady was presumably the wife of King Solomon II, who retained his throne until the Russians deposed him in 1810.4 One can only guess whether the queen gave Poinsett a briefing on Georgia and its difficulties.
Two other early American visitors to Georgia were Protestant Christian missionaries, the Reverend Eli Smith and the Reverend H.G.O. Dwight. They visited Tbilisi in 1830 in the course of a journey planned mainly to look into the condition of Christian communities in Armenia and Iran.5 They decided that there was no possibility of undertaking missionary work among the Georgians, given what they called “the thorough amalgamation of their church with that of Russia”.6
A decade after the two missionaries, a gentleman from the State of Vermont named George Ditson visited Georgia, escorted by a Georgian colonel in the Russian service whom he calls “Carganoff.” Ditson was both a good writer and an admirer of the Georgian people. He describes how two centuries earlier, “Georgia made her last grand stand against the whole Persian strength…acquitting herself with a sublimity of valor which still fires the souls of her sons….”7 When Ditson went from Tbilisi to see Mtskheta, the country’s ancient capital, he found that the beauty of the surroundings and the history of the place combined to “…give them a power over the beholder which he cannot surmount and which he can never forget.”8
As American society developed in the nineteenth century, an increasing number of Americans traveled abroad not just as tourists but as journalists and scholars. One of the more interesting American visitors to Georgia in that period was the first George Kennan. He was an elder cousin of the American diplomatist George Frost Kennan, who died in 2005 at the age of 101, after serving as American ambassador to the Soviet Union and publishing a number of notable historical works on Russian-American relations and other subjects.
The elder Kennan had first visited the Russian empire as a young surveyor for a possible telegraph line through Siberia. He came to eastern Georgia in 1870 when he was 25 years old.9 His purpose, he said later, was “partly to gratify a love of rough travel, and partly to study a comparatively unknown and highly interesting race of people — the Caucasian mountaineers.” (Besides his love of rough travel, Kennan had arranged before leaving America to give a series of lectures on his return that he was going to call “The Land of the Golden Fleece,” focusing on Georgia’s coast.10 In the event, he saw the coast but never delivered the lectures.)
Young Kennan reached Dagestan in September, coming from St. Petersburg. He decided to cross the mountains into Georgia not on the Georgian Military Highway but instead, in order to have a “novel and adventurous experience,”, to take a more southerly and far less traveled route. He spent a week in the village then called Temir-Khan-Shura (today’s Buinaksk) without finding anyone he could employ as a guide. Then, fortunately, he met a Georgian nobleman in the Russian service, Prince Giorgi Davidovich Djordjadze,11 who was returning to his home in the valley of the Alazani and who, Kennan found, was traveling with an escort of 25 armed men as well as guides and interpreters. Kennan was pleased, indeed relieved, to be invited to join him.
In early October the party passed through the last village in Dagestan, which Kennan called Bezhuta, and made their way upward along a rough snow-covered track to a pass at an elevation of twelve thousand feet, i.e. over 3600 meters. They were in a cloud, but as they descended the cloud lifted and, Kennan wrote, “beneath us lay the beautiful semi-tropical valley of Georgia…orchards, vineyards, and olive groves diversified it here and there with patches of darker green, and far away in the distance loomed the purple, snow-clad peaks of Armenia.” He was enchanted, and he remained enchanted when, hours later, the party rode into the courtyard of the prince’s white-walled mansion at Eniseli in the Alazani valley. There he spent five pleasant days. Alas, he wrote, the countryside was not what it once had been. On the prince’s estate, which was half as large as an American county, “I counted 14 churches and cathedrals, all empty and deserted….”12
In 1891 Kennan published his most famous work, Siberia and the Exile System. It was a shattering attack on the police regime of the Tsars. Unfortunately he never got around to writing a book about the Caucasus, although he planned to do so. In his index card files in the Library of Congress in Washington is a card from 1883 on which he had written “Title for my book on the Caucasus ‘Yalboos or the Great Ice-Mane,’ the Tatar name for the Caucasus range.”
So far, most Americans who were coming to Georgia were private persons and not officials. As transportation improved — including the opening of the rail line from Batumi to Tbilisi — and after the American Civil War ended in 1865 and many Americans became more prosperous, more Americans came to Georgia and other parts of the Caucasus.
Probably the most notable American who came to Georgia in the nineteenth century was not a private person but a senior military official. This was William Tecumseh Sherman, one of the top generals in the Union Army during the Civil War — the general who led the famous March to the Sea in 1864, cutting the Southern Confederacy in half. It was a march, in fact, through Georgia, the State of Georgia, for five hundred kilometers from Atlanta to Savannah on the Atlantic coast. When the Civil War ended, a composer wrote a song called “Marching through Georgia” that was often played at reunions of war veterans. They say that General Sherman heard the song so many times that he came to hate it — but that did not stop him from coming to the ancient Kingdom of Georgia.
Sherman came to Georgia in 1872, at which point he was the Commanding General of the United States Army. His visit was part of a long trip through Europe, the Mediterranean, and the Black Sea, which he had arranged after an American admiral who was going out to command the European squadron of the U.S. Navy offered to convey Sherman from New York to the Mediterranean on his frigate.13 While the official purpose of the trip was to study European military establishments, a certain element of tourism was also involved.
From the Mediterranean, Sherman and his small party — including the American envoy to Russia, Andrew Curtin — took a commercial ship into the Black Sea. After several stops they reached Batumi and took the railroad to Kutaisi. Beyond Kutaisi the line was still under construction, but Sherman and his comrades took a construction train for another hundred kilometers and then continued by carriage to Tbilisi. The road was rough, but an aide who accompanied Sherman wrote that the countryside was “splendid.” Rhododendrons were in bloom and “the whole scenery enchanting.”
When the party reached Tbilisi, Sherman was received and entertained by the Russian viceroy for the Caucasus, Grand Duke Mikhail Nikolaevich, the fourth son of Tsar Nicholas I. At this point Sherman decided not to retrace his route to Batumi but instead to take the Georgian Military Highway across the mountains to Vladikavkaz, which he did without incident, accompanied by an escort of sixty Cossacks.14 He seems to have enjoyed the several days he spent in Tbilisi; his aide wrote that their accommodations at the Hotel de l’Europe were “quite good” and that among other pleasant sights they saw was “a fine public park.”
American visitors kept coming to Georgia, though not in great numbers. Some, at least, could appreciate the country’s culture and long history. A correspondent of The New York Times who signed himself “D.K.” wrote after a visit to Georgia in 1884 that he had found there a mingling of East and West that “defies all powers of language.” How was one to behave, he asked, among men who showed you in modern times the very rock to which Jason moored the Argo when he came looking for the Golden Fleece? Five minutes’ walk in Tbilisi took you from the nineteenth to the ninth century. Sadly, though, “The historical names of Georgia’s hereditary nobles — Shervashidze, Vatchnadze, and the like — still linger on the scene of their former greatness, but they are now to be found inscribed over the doors of wine shops or on the gateways of public offices. A tall factory chimney flings its smoke over the river bank along which the hosts of ‘Prince David the Restorer’ marched in triumph 900 years ago.”15
Lyman Abbott, a well-known Protestant clergyman and author, wrote a detailed account of his visit to Tbilisi in the spring of 1901.16 He had sailed from New York several weeks earlier, on a cruise ship that made frequent stops as it sailed through the Mediterranean into the Black Sea. Before reaching Batumi, Abbott had read a brochure — presumably not written by a Georgian — that offered the ship’s passengers the possibility of a four-day excursion to Tbilisi, which was described as “a half-European, half-Asiatic town, aptly described as a city of contrasts, Cairo alone presenting a similar mixture of Oriental poetry and decay, with some of the humble types of European society.” Abbott was intrigued, and decided to take the excursion, along with a hundred and fifty other passengers, most if not all of them presumably American. A special train was arranged to take them from Batumi to Tbilisi and back to the ship.
After going ashore in Batumi, Abbott met the American consul, J.C. Chambers, who had held his post since 1890. Chambers was only a part-time consul; his salary was paid by the Standard Oil company, owned by John D. Rockefeller. Rockefeller had sent Chambers to Batumi to gather intelligence on Standard Oil’s competitor, the Nobel company, which had opened the rail line from Baku to Batumi to ship Caspian oil to Black Sea tankers.17 Fortunately for the larger American business community, Chambers, as consul, also sent commercial reports to the State Department in Washington that were made available to the public.
One may note parenthetically that at the end of the nineteenth century, the United States had relatively few diplomatic missions abroad—forty-two—since there were far fewer independent countries than today. In contrast, there were over three hundred American consulates in foreign cities like Batumi. (The Batumi consulate had been opened in 1886.) The consuls and vice consuls were often only part-time government employees, but they played a useful role, helping American citizens abroad and sending a stream of informative reports to Washington.
A high point of Lyman Abbott’s trip to Tbilisi came when his excursion train reached the top of a long ascent through arid country, went through a tunnel, and “emerged, in a garden; the fields green with verdure, the trees radiant with blossoms, the villages alive with apparent prosperity.”
Tbilisi was not quite what Abbott had expected. The hotel was pleasant, where he had expected a dirty room, and the city was less exotic, less “Oriental,” than what he had seen in Istanbul. Whether Abbott returned to America with any better appreciation of Georgia’s long history seems doubtful.
Another American visitor to Georgia, in the autumn of 1902, was a woman who wrote, under the pseudonym of “Margaret Stirling,” several articles for The New York Times that make good reading even today.18 Stirling arrived in Batumi from Odessa aboard a Russian passenger ship, after being “overjoyed” to see from the deck the “magnificent range” of the Caucasus and then the “wonderfully fine” coastal scenery as they approached the port. Stirling and another American woman took the train to Tbilisi, and several hours after their arrival set off for the Georgian Military Highway and Vladikavkaz in a private carriage pulled by four horses. On the second day of the trip they were told there had been recent skirmishes with bandits, and so they were pleased to join company with two other carriages, one of them carrying four Russian officers who were in turn pleased to be traveling with the two intrepid ladies. They crossed the mountains and reached Vladikavkaz safely, after what Stirling described as “a journey which, in beauty of scenery and events of interest, in my mind, can have no equal.”
Stirling and her friend returned to Tbilisi via Baku, and spent four days at what she described as the “delightfully clean” Hotel Ingles. Stirling was slightly disappointed with Tbilisi; it was interesting but not as “Eastern” as Tangiers; like Lyman Abbott she had hoped for something more exotic. She and her friend spent a day haggling for souvenirs in the bazaar, visited old churches and the “cool shades and quiet” of the old botanical gardens, and returned to Batumi “a little mournful at the thought of leaving the Caucasus and ending up the weeks which we could consider among the pleasantest of our lives.”
Mention was made earlier of European alpinists in Georgia. The author has found no record of American climbers in Georgia, or elsewhere in the Caucasus, in the 1800s. Some, at least, came in the 1900s, and of course a number come today. One of the climbers in the twentieth century was Lawrence Coolidge, a prominent American lawyer until his death in 1950. Coolidge went to Georgia as a young man in 1930, and later reached the summit of Elbruz alone, after a fellow-climber came down with altitude sickness.19 An American glaciologist and graduate of Harvard University, W. Osgood Field, visited the then remote region of Svaneti in 1929.20 His photographs of Svaneti and other parts of Georgia are prominently displayed today at the Hotel Tetnuldi in Mestia, the chief town in Svaneti.
Georgians began to come to America in the nineteenth century although, as best the author can ascertain, no Georgians reached the United States until some years after the first Americans visited Georgia. Givi Kobakhidze has written that the first Georgian immigrants in the United States and Canada arrived as early as the 1820s. More began to come, especially from the poorer mountainous regions of Georgia, in the 1860s, after the abolition of serfdom in the Russian empire and the end of civil war in America. A group of a dozen horsemen led by Prince Ivan Rostromov Marcheradze came in 1890, hired by the famous Buffalo Bill Cody and his Western show, the Wild Congress of Rough Riders. It is not clear how Buffalo Bill obtained the services of Georgian riders, but he had performed in Europe and his show included riders from various countries. A second group of Georgian riders, both male and female, came to America in 1910 and performed with the Ringling Brothers Circus.
It is difficult to ascertain how many Georgians may have come to America in the 1800s. Indeed, as Elene Medzmariashvili has made clear, it is difficult to be sure exactly how many Georgians have emigrated to America even in recent decades.21
The first well publicized account of Georgians in America was the first book published by George Papashvily and his wife, called Anything Can Happen. It told about his experiences as a penniless immigrant in this country in the 1920s, and it sold six hundred thousand copies in the United States alone. Papashvily became famous in America not only as a writer but as a sculptor. From what Papashvily wrote, there may have been no more than two or three Georgians in all of New York City at the time he arrived there. However, Givi Kobakhidze reports that by the 1930s a considerable number had come. A “Community of Georgian Emigrants in the United States” was founded in New York in 1931 on the initiative of Vano Kobakhidze and Pavle Kvaratskhelia.22
By the middle of the twentieth century a number of Georgian immigrants had become famous in America. Among them were the choreographer George Balanchine (born Giorgi Balanchivadze), the perfume manufacturer Prince Georges V. Matchabelli (Giorgi Machabeli), and the aircraft engineer Alexander Kartveli (Kartvelishvili), designer of the P-47 and F-84.
As to official contacts between the two countries, there were none, to the author’s knowledge, before Georgia was incorporated into the Russian empire at the beginning of the 19th century. The story begins when a man named Frederick Edison Gibbins was appointed part-time American consular agent at Batumi in 1883. Three years later, in 1886, came the opening of the American consulate there. As noted earlier, our consuls abroad sent periodic commercial reports to Washington, but for some years our consuls at Batumi were only part-time employees of our government and it does not appear that they were able to promote much American trade with Georgia.
One of the more interesting reports from Georgia, in 1910, was written not by a consul but by Frank Meyer, an American who was sent to the Caucasus by the U.S. Department of Agriculture to find plants of possible economic value. He found that a factory in Georgia called Argo was manufacturing a product from roasted soybeans that was intended as a substitute for coffee. Meyer tasted the product, and found it better than a well-known coffee substitute called Postum that was sold in the United States until 2007. However, there is no indication that the Georgian product was ever imported into America.
Perhaps the most notable American consul in Georgia in the years before World War I was Felix Willoughby Smith, who was a native of the Black Sea region; he had been born in Odessa in 1872 when his father was the American consul there. Smith was an experienced member of what had by now become a career American consular service. Before entering the service he had practiced law in America for fourteen years, and he had served as a consular officer at Catania, Warsaw, Beirut, and Aden before coming to Batumi in 1914. He spoke fluent Russian and French, but no Georgian.
The World War broke out in August 1914. By November, Turkish forces were threatening Batumi. The Russian commandant there informed Consul Smith, on instructions from the Viceroy in Tbilisi, that all foreign consuls in Batumi and their staffs were to leave Batumi immediately for Tbilisi. Smith telegraphed the embassy in Petrograd to ask whether he should comply, and the embassy replied that he should “Accede to wishes of Viceroy.”23 Soon it seemed safe enough for consulates to return to Batumi. In May 1915, however, Smith was told by the commandant that he must again move to Tbilisi. He moved unwillingly — he saw no immediate threat — but he soon decided that Tbilisi was a better site than Batumi for his post. Tbilisi had greater wealth and political importance; it was the seat of the Russian Viceroy and “The powers of the Viceroy are absolute, few cases are referred to Petrograd or decided there contrary to his wishes.” The Caucasus offered wide opportunities for American-made goods. Smith was confident — and, he added, the Viceroy hoped — that the volume of trade would increase. Finally, Smith noted, all the major powers except for the Americans and the British had their principal consular offices at Tbilisi. 24
Thus began the official American presence in what would become, in 1918, the capital of a new Georgian republic. Smith did a competent job at Tbilisi. A consular inspector reported in November 1916 that “Smith is discreet officer and linguist and is well liked at this post. It is recommended that he be retained there until end of war unless his health demands transfer.”25 It seems he was already suffering from the unspecified condition that was to bring about his death in 1920 at the age of 47.
After the Bolsheviks seized power in St. Petersburg and Moscow in 1917, American officials focused their attention on the question of anti-Bolshevik forces in southern Russia. Consul Smith reported to Washington that in the Caucasus, the population and the army were refusing to join the Bolsheviks, and he recommended that the United States aid the anti-Bolshevik forces. The State Department was doubtful about this; it did not want to encourage what it called “sectionalism or disruption of Russia.” Smith responded that the new “temporary” Trans-Caucasus government in the process of formation was expressing “full loyalty to Russia.”
George Kennan, the diplomatist, has suggested that Smith was closely acquainted with many of the “local figures prominent in political developments” and as a result lacked objectivity in analyzing and reporting on these developments.26 Neither Smith nor any other American official, it seems, foresaw that very soon, in May 1918, the Transcaucasian Republic would be succeeded by independent republics in Georgia, Armenia, and Azerbaijan. (American officials’ inability to predict what was going to happen in the Caucasus is perhaps not surprising when one recalls how few experts predicted the demise of the Soviet Union.)
Before Georgia proclaimed independence, conditions in Georgia were seriously disturbed and it appeared that the Turkish army might occupy Tbilisi. In March 1918 Willoughby Smith moved his consulate across the mountains to Vladikavkaz.27 Smith soon went on to America. Eventually the consular staff returned to Tbilisi. Smith too later returned there, but left for good after several months, as his health worsened. In January 1920 a new consul arrived, another experienced officer, Charles K. Moser.
Unfortunately Moser’s relations with the new republican government of Georgia proved far less than satisfactory. He blamed this in good part on the Minister of Supply, Giorgii Eradze, in the government led by Noe Zhordania, a Menshevik politician and journalist. Moser reported to Washington that Eradze was the dominant figure in Zhordania’s cabinet and that “He is credited with being the implacable foe of ‘capitalism’ and of ‘capitalistic government,’ in short, a pronounced Bolshevik.”28
There was, however, another problem. Georgia was now an independent republic and, as such, it expected—or at least hoped—that other governments would send to Tbilisi not just consular but diplomatic representatives. The fact was that the United States did not want to recognize the independence of Georgia or other nations that had been incorporated in the Russian empire, with the exception of Finland, Poland, and later Armenia. The State Department made clear that while Washington opposed the Bolsheviks it did not want to “prejudice…the principle of Russian unity.”29 In contrast, President Woodrow Wilson in his Fourteen Points of January 1918 had urged “autonomous development” for the peoples of the Austro-Hungarian Empire, and had later backed the creation of new republics like Czechoslovakia. Nevertheless, despite American failure to recognize Georgian sovereignty, by January 1921 Consul Moser was able to describe his relations with the Georgian government as “amicable.”30
Alas, this situation did not last. The next month the Soviet army invaded Georgia and occupied Tbilisi. The American consulate was closed. This was, however, not quite the end of an American official presence in Georgia. For another eighteen months an officer of the U.S. Department of Commerce maintained an office in Tbilisi, and the official American Relief Administration carried out a relief operation in Georgia, as it did elsewhere in the former Russian empire, saving an estimated ten million lives. Finally, in September 1922, the pressures from the Soviet authorities had become intolerable. Secretary of Commerce (and future President) Herbert Hoover informed the Department of State that he was closing the office at Tbilisi.31 Almost seven decades were to pass before American officials were again stationed in Tbilisi, after Georgia declared its independence from the USSR in 1991.
Endnotes
1. The Geographical Journal (Royal Geographical Society, London), 45:3 (March 1915), 201.
2. For an account of Smith’s life see McNeal, R.A. “Joseph Allen Smith, American Grand Tourist.” International Journal of the Classical Tradition 4:1 (Summer 1997), 64-91.
3. For Poinsett see Stillé, Charles J. “The Life and Services of Joel R. Poinsett,” The Pennsylvania Magazine of History and Biography 12:2 (July 1888), 129-164, and Charles Lyon Chandler and R. Smith, “The Life of Joel Roberts Poinsett,” op. cit., 59:1 (1935), 1-31.
4. A modest royal residence stands today in Kutaisi on the bank of the River Rioni, but one could not sit on its slanted roof.
5. Anderson, Rufus. History of the Missions of the American Board of Commissioners for Foreign Missions to the Oriental Churches (Boston: Congregational Publishing Society, 1872), 1:77-87.
6. Smith, Eli. Researches of the Rev. E. Smith and Rev. H.G.O.. Dwight in Armenia: Including a Journey through Asia Minor, and into Georgia and Persia (Boston: Crocker and Brewster, 1833), 1:245.
7. Ditson, George Leighton. Circassia, or, A Tour to the Caucasus (New York: Stringer & Townsend, 1850), 287.
9. Kennan, George. “The Mountains and Mountaineers of the Eastern Caucasus.” Journal of the American Geographical Society of New York 5 (1874), 169-193. Years later Kennan published a more detailed account of his 1870 trip to Dagestan and Georgia in “An Island in the Sea of History,” The National Geographic Magazine, Washington, DC, 24:10 (October 1913), 1087-1139.
10. Maier, Frith. “The Forgotten George Kennan: From Cheerleader to Critic of Tsarist Russia.” World Policy Journal 19:4 (Winter 2002/2003), 80.
11. This prince may have been related to Prince Dimitri Jorjadze (1898-1985), who emigrated to America and became a hotel executive in New York. For an account of Giorgi Djordjadze’s modern descendants in Georgia see the Afterword by Frith Maier in Vagabond Life: The Caucasus Journals of George Kennan, ed. Frith Maier (Seattle: University of Washington Press, 2003), 243-246.
13. Sherman, William Tecumseh. Memoirs of General W.T. Sherman (New York: Literary Classics, 1990), 2:942-943.
14. Audenreid, Col. J.C. “General Sherman in Europe and the East.” Harper’s New Monthly Magazine 47:281 (October 1873), 652-671.
15. “At the Frosty Caucasus,” The New York Times, November 2, 1884, 4. I assume the reference is to King David IV.
16. Abbott, Lyman. Impressions of a Careless Traveler (New York: The Outlook Company, 1907).
17. Chernow, Ron. Titan: The Life of John D. Rockefeller, Sr. (New York: Random House Digital, 2004), 246.
18. The articles in the The New York Times are “American Woman’s Trip through the Black Sea,” October 26, 1902, 26; “No Use Trying to Hurry Crossing the Caucasus,” November 2, 1902, 26; “Soldiers Guard Women on Rough Mountain Drive,” November 16, 1902, 33; “On the Highest Peak of the Green Caucasus,” November 23, 1902, 31; and “Perils of Train Travel in Russia,” November 30, 1902, 26.
19. “Lawrence Coolidge, 1905-1950.” American Alpine Journal (New York: American Alpine Club), 1950, 7:488.
20. Field spoke to the Harvard Travellers Club on April 22, 1930 on “The Swanetia, a District in the Mountains of Central Caucasus.” See Harvard Travellers Club, http://www.harvardtravellersclub.org/750th_meeting/HTC_list.pdf.
21. Medzmariashvili, Elene. “Third Wave Georgian Immigrant Women in the USA: Problems of Americanization,: in Spekali, http://www.spekali.tsu.ge/index.php/en/article/viewArticle/1/6/.
22. Information kindly provided to the author by Prof. Avtandil Nikoleishvili, former Rector of Akaki Tsereteli State University in Kutaisi.
23. Embassy Petrograd telegram 97 to Department of State, November 5, 1914. National Archives & Records Administration (hereinafter NARA), Washington, Records Group 59, Records of Foreign Service Posts. .
24. Consulate Batum (Temporarily at Tiflis) dispatch, June 10, 1915, to Department. NARA, RG 59, Records of Foreign Service Posts.
25. Embassy Petrograd dispatch to Department, November 27, 1916, signed by the inspector, Nathaniel B. Stewart, adding that Smith “understands consular work very well and is familiar with both political and commercial conditions in his district.” NARA, loc. cit.
26. Kennan, George F. Soviet-American Relations, 1917-1920. Vol. 1. Russia Leaves the War. Princeton: Princeton University Press, 1956.
27. Legation Teheran telegram, unnumbered, to Department, March 11, 1918, NARA, loc. cit.
28. Consulate Tiflis dispatch to Department, April 29, 1920, loc. cit.
29. Letter, January 7, 1920, from Secretary of State Robert Lansing to representatives of Provisional Government of Lithuania. Text in “No Recognition for Lithuania,” The New York Times, February 10, 1920, 17. Lansing made clear that the United States was refusing to recognize not only Lithuania but other republics that, like Georgia, had declared independence from Russia.
30. Consulate Tiflis dispatch to Department, January 5, 1921, NARA, loc. cit.
31. Letter, Hoover to Secretary of State, September 28, 1922. NARA, RG 59.
Ambassador Peter Bridges, a U. S. Foreign Service officer from 1957 to 1986, received assignments abroad at Panama, Moscow, Prague, and Rome, in addition to a posting as US envoy to Somalia. He is the author of Safirka: An American Envoy, a memoir of his service in Somalia, and Pen of Fire: John Moncure Daniel, the first biography of an American diplomat who became the most influential Confederate editor, both published by Kent State University Press. In 2012 Kent State will publish his Donn Piatt: Gadfly in the Gilded Age, the biography of an American diplomat who became famous as a Washington editor in the 1870s. The book has been selected for inclusion in the ADST-DACOR series on Diplomats and Diplomacy.
«საქართველოს ეკლესია ამჟამად კრიტიკულ მდგომარეობაშია, რაც ახალგაზრდა, განათლებული სასულიერო პირების დიდი ნაკლებობის გამო უფრო უარესდება.
წინათ ქართველი ახალგაზრდები უმაღლეს თეოლოგიურ განათლებას იღებდნენ რუსულ სასულიერო აკადემიებში, სადაც თეოლოგია «ოფიციალურ» საგნად იყო მიჩნეული და დღევანდელი მეცნიერებისგან ძალიან შორს იდგა. ახლა, დროის შესაბამისად, შეგვიძლია უარი ვთქვათ რუსულ თეოლოგიაზე, და როგორც სომხურ და ბერძნულ ეკლესიებშია მიღებული, გავგზავნოთ ახალგაზრდა თეოლოგები გერმანიაში, სადაც თეოლოგია როგორც მეცნიერება ძალიან მაღალ დონეზეა.
გრიგოლ ფერაძე ამ ქართველთაგან პირველია, რომელსაც განზრახული აქვს მომავალში თავისი ცოდნა და ენერგია ქართულ ეკლესიას მოახმაროს.
მე, საქართველოს კათალიკოს-პატრიარქი, ამ ღვთის მოსაწონ საქმეში მას კურთხევას ვაძლევ და მესამე საეკლესიო კრებამაც ერთხმად დაადგინა, შესაძლებლობის ფარგლებში მატერიალურად დაეხმაროს ნიჭიერ ახალგაზრდას.
ფერაძე გერმანიის დიდი მოყვარული და თაყვანისმცემელია. ამდენად, მისი სამშობლოში დაბრუნების შემდეგ საშუალება გვექნება საეკლესიო საკითხებში გერმანიასთან დავამყაროთ კავშირი.
ფერაძე პირველი თეოლოგია, რომელიც გერმანიაში მიდის, შემდეგ კი სხვებიც გაჰყვებიან მის კვალს.
გელათის მონასტერი
1921 წ. 6 დეკემბერი
ამბროსი, საქართველოს კათოლიკოს-პატრიარქი.
Дорогие соотечественники! Сограждане!
В силу сложившейся ситуации с образованием 
Содружества Независимых Государств я прекращаю свою деятельность на посту Президента СССР. Принимаю это решение по принципиальным соображениям.
Я твердо выступал за самостоятельность, независимость народов, за суверенитет республик. Но одновременно и за сохранение союзного государства, целостности страны.
События пошли по другому пути. Возобладала линия на расчленение страны и разъединение государства, с чем я не могу согласиться.
И после Алма-Атинской встречи и принятых там решений моя позиция на этот счет не изменилась.
Кроме того, убежден, что решение подобного масштаба должны были бы приниматься на основе народного волеизъявления.
Тем не менее я буду делать все, что в моих возможностях, чтобы соглашения, которые там подписаны, привели к реальному согласию в обществе, облегчили бы выход из кризиса в процесс реформ.
Выступая перед вами в последний раз в качестве Президента СССР, считаю нужным высказать свою оценку пройденного с 1985 года пути. Тем более что на этот счет немало противоречивых, поверхностных и необъективных суждений.
Судьба так распорядилась, что, когда я оказался во главе государства, уже было ясно, что со страной неладно. Всего много: земли, нефти и газа, других природных богатств, да и умом и талантами Бог не обидел, а живем куда хуже, чем в развитых странах, все больше отстаем от них.
Причина была уже видна – общество задыхалось в тисках командно-бюрократической системы. Обреченное обслуживать идеологию и нести страшное бремя гонки вооружений, оно – на пределе возможного.
Все попытки частичных реформ – а их было немало – терпели неудачу одна за другой. Страна теряла перспективу. Так дальше жить было нельзя. Надо было кардинально все менять.
Вот почему я ни разу не пожалел, что не воспользовался должностью Генерального секретаря только для того, чтобы “поцарствовать” несколько лет. Считал бы это безответственным и аморальным.
Я понимал, что начинать реформы такого масштаба и в таком обществе, как наше, – труднейшее и даже рискованное дело. Но и сегодня я убежден в исторической правоте демократических реформ, которые начаты весной 1985 года.
Процесс обновления страны и коренных перемен в мировом сообществе оказался куда более сложным, чем можно было предположить. Однако то, что сделано, должно быть оценено по достоинству.
- Общество получило свободу, раскрепостилось политически и духовно. И это – самое главное завоевание, которое мы до конца еще не осознали, и потому что еще не научились пользоваться свободой. Тем не менее проделана работа исторической значимости:
- Ликвидирована тоталитарная система, лишившая страну возможности давно стать благополучной и процветающей;
- Совершен прорыв на пути демократических преобразований. Реальными стали свободные выборы, свобода печати, религиозные свободы, представительные органы власти, многопартийность. Права человека были признаны высшим принципом;
- Началось движение к многоукладной экономике, утверждается равноправие всех форм собственности. В рамках земельной реформы стало возрождаться крестьянство, появилось фермерство, миллионы гектаров земли отдаются сельским жителям, горожанам. Узаконена экономическая свобода производителя, и начали набирать силу предпринимательство, акционирование, приватизация;
- Поворачивая экономику к рынку, важно помнить – делается это ради человека. В это трудное время все должно быть сделано для его социальной защиты, особенно это касается стариков и детей.
Мы живем в новом мире:
- Покончено с “холодной войной”, остановлена гонка вооружений и безумная милитаризация страны, изуродовавшая нашу экономику, общественное сознание и мораль. Снята угроза мировой войны.
Еще раз хочу подчеркнуть, что в переходный период с моей стороны было сделано все для сохранения надежного контроля над ядерным оружием.
- Мы открылись миру, оказались от вмешательства в чужие дела, от использования войск за пределами страны. И нам ответили доверием, солидарностью и уважением.
- Мы стали одним из главных оплотов по переустройству современной цивилизации на мирных, демократических началах.
- Народы, нации получили реальную свободу выбора пути своего самоопределения. Поиски демократического реформирования многонационального государства вывели нас к порогу заключения нового Союзного договора.
Все эти изменения потребовали огромного напряжения, проходили в острой борьбе, при нарастающем сопротивлении сил старого, отживавшего, реакционного – и прежних партийно-государственных структур, и хозяйственного аппарата, да и наших привычек, идеологических предрассудков, уравнительной и иждивенческой психологии. Они наталкивались на нашу нетерпимость, низкий уровень политической культуры, боязнь перемен. Вот почему мы потеряли много времени. Старая система рухнула до того, как успела заработать новая. И кризис общества еще больше обострился.
Я знаю о недовольстве нынешней тяжелой ситуацией, об острой критике властей на всех уровнях и лично моей деятельности. Но еще раз хотел бы подчеркнуть: кардинальные перемены в такой огромной стране, да еще с таким наследием, не могут пройти безболезненно, без трудностей и потрясений.
Августовский путч довел общий кризис до предельной черты. Самое губительное в этом кризисе – распад государственности. И сегодня меня тревожит потеря нашими людьми гражданства великой страны – последствия могут оказаться очень тяжелыми для всех.
Жизненно важным мне представляется сохранить демократические завоевания последних лет. Они выстраданы всей нашей историей, нашим трагически опытом. От них нельзя отказываться ни при каких обстоятельствах и ни под каким предлогом. В противном случае все надежды на лучшее будут похоронены.
Обо всем этом я говорю честно и прямо. Это мой моральный долг.
Сегодня хочу выразить признательность вcем гражданам, которые поддержали политику обновления, включились в осуществление демократических реформ.
Я благодарен государственным, политическим и общественным деятелям, миллионам людей за рубежом – тем, кто понял наши замыслы, поддержал их, пошел нам навстречу, на искреннее сотрудничество с нами.
Я покидаю свой пост с тревогой. Но и с надеждой, с верой в вас, в вашу мудрость и силу духа. Мы – наследники великой цивилизации, и сейчас от всех и каждого зависит, чтобы она возродилась к новой современной и достойной жизни.
Хочу от всей души поблагодарить тех, кто в эти годы вместе со мной стоял за правовое и доброе дело. Наверняка каких-то ошибок можно было бы избежать, многое сделать лучше. Но я уверен, что раньше или позже наши общие усилия дадут плоды, наши народы будут жить в процветающем и демократическом обществе.
Желаю всем вам всего самого доброго.
http://www.1000dokumente.de/index.html?c=dokument_ru&dokument=0020_rue&object=translation&st=&l=ru
Заслушав и обсудив доклад тов. Маленкова Г. М. о преступных антипартийных и антигосударственных действиях Берия, Пленум Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза устанавливает:
1. В связи со смертью И. В. Сталина весь буржуазный мир делал ставку на ослабление Советского государства, на раскол и разброд в руководстве нашей партии и государства, на ослабление связи партии с народом. Но эти расчеты врагов оказались опрокинутыми. Центральный Комитет партии за истекшие 4 месяца после кончины И. В. Сталина обеспечил бесперебойное и правильное руководство всей жизнью страны, проделал большую работу по сплочению партии и народа вокруг задач строительства коммунизма, укреплению экономической и оборонной мощи нашей Родины, по дальнейшему улучшению жизни рабочих, колхозников, интеллигенции, всех советских людей. Претворяя в жизнь решения XIX съезда КПСС, партия обеспечила мощный подъем во всех отраслях народного хозяйства.
Предпринятая советским правительством новая мирная инициатива привела к дальнейшему укреплению международного положения СССР, росту авторитета нашей страны, к серьезному подъему всемирного движения за сохранение и упрочение мира.
2. Успехи Советского Союза в деле строительства коммунизма, неуклонное движение вперед по пути строительства социализма стран народной демократии Европы, а также мощный подъем хозяйства и культуры великой Китайской Народной Республики, развитие рабочего движения в ряде капиталистических стран и национально-освободительной борьбы в колониальных и зависимых странах все это означает огромный рост сил и мощи демократического лагеря и мирового освободительного движения.
В то же время в империалистическом лагере происходит дальнейшее обострение общего кризиса капитализма и ослабление всей капиталистической системы, налицо несомненное углубление экономических трудностей, рост безработицы, рост дороговизны и обнищания трудящихся. В результате безудержной экспансии американского империализма и наглого диктата с его стороны в отношении своих младших партнеров и сателлитов все больше обостряются противоречия внутри капиталистического лагеря.
Таким образом, весь ход мирового развития свидетельствует о неуклонном росте сил демократии и социализма, с одной стороны, об общем ослаблении сил империалистического лагеря с другой, что вызывает глубокую тревогу среди империалистов и обусловливает резкую активизацию реакционных империалистических сил, их лихорадочное стремление подорвать растущую мощь международного лагеря мира и социализма, и прежде всего его ведущей силы – Советского Союза.
Это находит свое выражение в бешеной гонке вооружений капиталистических стран, в военных авантюрах, в попытках усиления нажима на СССР, в организации всевозможных провокаций и диверсий в странах демократического лагеря, для чего ассигнуются сотни миллионов долларов. Империалисты ищут себе в странах демократии и социализма опоры в лице различных отщепенцев и разложившихся элементов, активизируют подрывную деятельность своей агентуры.
3. Советская страна, полная несокрушимой мощи и творческих сил, успешно идет вперед по пути строительства коммунизма. Мы имеем мощную социалистическую индустрию, всесторонне развитую тяжелую промышленность, являющуюся основой основ социалистической экономики. Наше машиностроение неуклонно идет в гору, обеспечивая все отрасли промышленности, транспорта и сельского хозяйства современной техникой. Развитие техники и советской науки сделало возможным уже несколько лет назад разрешить проблему использования атомной энергии и успешно продвигать это дело дальше. Наша легкая и пищевая промышленность достигла высокого уровня и имеет возможность удовлетворять растущие потребности городского и сельского населения на основе проводимой партией и правительством политики снижения цен. За годы послевоенного периода восстановлено наше сельское хозяйство, совхозы и колхозы обеспечены в большей мере, чем до войны, современной передовой техникой. Выращены замечательные кадры специалистов во всех областях народного хозяйства.
Все эти успехи в деле подъема социалистической экономики и в культурном строительстве стали возможными благодаря прочному союзу рабочего класса и колхозного крестьянства, крепнущей дружбе народов ссср, благодаря неуклонному упрочению морально-политического единства советского народа, благодаря последовательному проведению в жизнь выработанной Коммунистической партией политики.
При всем этом, как и раньше, партия не должна недоучитывать имеющихся трудностей и недостатков в нашем хозяйственном и культурном строительстве.
Нельзя забывать о том, что наша страна прошла через величайшие испытания, вызванные войной, приведшей к разрухе на большой части территории страны и повлекшей за собой тяжелые жертвы. Требовались огромные усилия в течение ряда лет, чтобы залечить тяжелые раны и ликвидировать последствия войны.
Надо признать, что у нас есть немало отстающих промышленных предприятий и даже отдельных отраслей промышленности. Немало колхозов и целых сельскохозяйственных районов находятся в запущенном состоянии. Урожайность сельскохозяйственных культур и продуктивность животноводства низки, не соответствуют возросшему уровню технического оснащения сельского хозяйства и возможностям, заложенным в колхозном строе. В результате этого мы все еще недостаточно удовлетворяем растущие материальные потребности и культурные запросы нашего народа.
Нельзя также игнорировать того факта, что с ликвидацией в нашей стране эксплуататорских классов пережитки капитализма в сознании людей далеко еще не изжиты и что в деле коммунистического воспитания советских людей имеются серьезные недостатки. Было бы забвением основ марксизма-ленинизма, если бы мы перестали считаться с тем фактом, что существует капиталистическое окружение, которое засылает своих агентов в нашу среду, ищет людей, готовых предать интересы Родины и выполнять задания империалистов по подрыву советского общества.
4. Наша партия является организующей и вдохновляющей силой советского общества. В результате правильного руководства партии советский народ одержал всемирно-исторические победы в деле строительства коммунистического общества.
Однако и в деятельности нашей партии имеются существенные недостатки как на ряде участков хозяйственного строительства, так и в области коммунистического воспитания трудящихся.
Надо признать, что у нас имеются серьезные недостатки в деле соблюдения выработанных великим Лениным партийных норм, большевистских принципов партийного руководства. За многие годы у нас накопились значительные ненормальности в этой области. Ничем не оправданным является то, что только через 7 лет после окончания войны и через 13 лет после XVIII съезда был созван XIX съезд партии. По нескольку лет не собирались пленумы Центрального Комитета партии. Длительное время Политбюро нормально не функционировало. Решения по важнейшим вопросам государственной работы и хозяйственного строительства нередко принимались без должного предварительного изучения и без коллективного обсуждения в руководящих партийных органах, как это предусмотрено Уставом партии. В результате таких ненормальностей в организации деятельности Центрального Комитета не была обеспечена коллективность в работе, а также должная критика и самокритика. Наличие таких ненормальностей на деле приводило иногда к недостаточно обоснованным решениям и к принижению роли ЦК как органа коллективного руководства партией.
В этой связи также следует признать ненормальным, что в нашей партийной пропаганде за последние годы имело место отступление от марксистско-ленинского понимания вопроса о роли личности в истории. Это нашло свое выражение в том, что вместо правильного разъяснения роли Коммунистической партии как действительной руководящей силы в строительстве коммунизма в нашей стране партийная пропаганда сбивалась нередко на культ личности, что ведет к принижению роли партии и ее руководящего центра, к снижению творческой активности партийных масс и широких масс советского народа. Такое направление пропагандистской работы расходится с известными положениями Маркса о культе личности. “Из неприязни ко всякому культу личности, – писал Маркс, – я во время существования Интернационала никогда не допускал до огласки многочисленные обращения, в которых признавались мои заслуги и которыми мне надоедали из разных стран, – я даже никогда не отвечал на них, разве только изредка за них отчитывал. Первое вступление Энгельса и мое в тайное общество коммунистов произошло под тем условием, что из устава будет выброшено все, что содействует суеверному преклонению перед авторитетами” (Маркс и Энгельс. Сочинения, т. XXVI, стр. 487-488).
5. Необходимо считаться с особенностью положения Коммунистической партии в системе Советского государства. Наша партия является единственной партией в стране, и притом ей безраздельно принадлежит руководящая роль в социалистическом государстве. Руководство партии является решающим условием крепости и незыблемости советского строя.
Вместе с тем необходимо помнить, что монопольное положение партии имеет и свои теневые стороны, когда ослабляется революционная бдительность в наших рядах в отношении классового врага. Мы часто забываем, что враги, ловко маскируясь под коммунистов, пытались и будут пытаться проникать в ряды партии ради своих вражеских целей, ради карьеры и для проведения подрывной работы в качестве агентов империалистических держав и их разведок.
6. В этой связи Пленум ЦК считает необходимым обратить внимание партии на дело Берия, разоблаченного Президиумом ЦК как агента международного империализма.
Как теперь видно, Берия, ловко маскируясь, различными карьеристскими махинациями втерся в доверие к И. В. Сталину. Преступная антипартийная и антигосударственная деятельность Берия, глубоко скрытая и замаскированная при жизни И. В. Сталина, после его кончины, когда враги Советского государства активизировали свою подрывную антисоветскую деятельность, начала раскрываться шаг за шагом. Обнаглев и распоясавшись, Берия в последнее время стал раскрывать свое подлинное лицо врага партии и советского народа.
В чем состояли преступные действия и вероломные замыслы Берия?
После смерти И. В. Сталина главной заботой Центрального Комитета и его Президиума была задача обеспечить единство в руководстве партии и правительства на основе марксистско-ленинских принципов для успешного решения коренных задач строительства коммунистического общества. Коварными интриганскими действиями Берия пытался разобщить и расколоть ленинско-сталинское руководящее ядро нашей партии, дискредитировать руководящих деятелей партии и правительства каждого по отдельности, чтобы повысить свой собственный “авторитет” и осуществить свои преступные антисоветские замыслы.
Добившись поста Министра внутренних дел СССР, Берия пытался использовать аппарат Министерства внутренних дел для того, чтобы развернуть свои преступные махинации по захвату власти. Как подлый провокатор и враг партии он начал с того, что пытался поставить Министерство внутренних дел над партией и правительством, использовать органы МВД в центре и на местах против партии и ее руководства, против правительства СССР. Берия использовал охрану членов Президиума ЦК для шпионажа за руководителями партии и правительства. Им был установлен порядок обязательных докладов его агентов о том, где бывают руководители партии и правительства, с кем они встречаются; были организованы подслушивание и запись их телефонных разговоров и т. д.
Как теперь доказано, Берия восстанавливал работников МВД против партии, требовал от них, чтобы они считали себя независимыми от партии. Тем самым Берия преступно нарушил постановление ЦК КПСС от 4 декабря 1952 года “О положении в МГБ”, принятое при жизни И. В. Сталина и с его участием, в котором указывал ось на необходимость ” решительно покончить С бесконтрольностью в деятельности органов Министерства госбезопасности и поставить их работу в центре и на местах под систематический и постоянный контроль партии”.
Более того, Берия тайно от ЦК и правительства давал задания местным органам МВД, чтобы они контролировали партийные организации, фабриковали лживые материалы на партийных работников, а также на партийные и советские организации. Тех же честных коммунистов, работников МВД, которые считали неправильными эти антипартийные установки, Берия подвергал репрессиям. Так, например, начальника Управления МВД Львовской области тов. Строкача только за то, что тот сообщил секретарю Львовского обкома партии о полученной им установке собирать, выискивать отрицательные данные о работе партийных организаций и о партийных кадрах, Берия в июне 1953 г. снял с работы, угрожал арестовать его, сослать в лагерь и “превратить в лагерную пыль”. лагерную пыль”.
Преступно попирая требования Устава партии о подборе кадров по их политическим и деловым качествам, Берия выдвигал работников в Министерстве внутренних дел по признаку личной преданности ему, подбирал чуждых партии и подозрительных людей, в то же время изгонял из органов МВД работников, ранее посланных туда Центральным Комитетом и местными партийными организациями.
Как установлено фактами, Берия еще при жизни И. В. Сталина и в особенности после его кончины под разными вымышленными предлогами всячески тормозил решение важнейших неотложных вопросов по укреплению и развитию сельского хозяйства. Теперь несомненно, что этот подлый враг народа ставил своей целью подрыв колхозов и создание трудностей в продовольственном снабжении страны.
Берия стремился различными коварными приемами подорвать дружбу народов СССР – основу основ многонационального социалистического государства и главное условие всех успехов братских советских республик. Под фальшивым предлогом борьбы с нарушениями национальной политики партии он пытался посеять рознь и вражду между народами СССР, активизировать буржуазно-националистические элементы в союзных республиках.
Вражеское политическое лицо Берия особенно наглядно выявилось при обсуждении германского вопроса в конце мая этого года. Предложения Берия по этому вопросу сводились К тому, чтобы отказаться от курса на строительство социализма в Германской Демократической Республике и взять курс на превращение ГДР в буржуазное государство, что означало бы прямую капитуляцию перед империалистическими силами. Вместе с тем в последнее время Берия настолько распоясался, что под флагом борьбы с недостатками и с перегибами в колхозном строительстве в странах народной демократии и в ГДР у него стали открыто прорываться антиколхозные взгляды, вплоть до предложения о роспуске колхозов в этих странах. В свете разоблаченных преступлений Берия становится ясным, что он скатывапся на враждебные позиции и в отношении колхозного строя СССР.
В самые последние дни обнаружились преступные замыслы Берия установить через свою агентуру личную связь с Тито и Ранковичем в Югославии.
Как выяснилось, Берия еще в 1919 году, в период английской оккупации Баку, служил в Азербайджане в белогвардейской мусаватистской разведке и скрыл свою предательскую деятельность от партии.
Пленум Центрального Комитета КПСС считает установленным, что Берия потерял облик коммуниста, превратившись в буржуазного перерожденца, и на деле стал агентом международного империализма, вынашивал планы захвата руководства партией и государством в целях фактического разрушения нашей Коммунистической партии и замены политики, выработанной партией за многие годы, капитулянтской политикой, которая привела бы в конечном счете к реставрации капитализма.
Пленум Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза постановляет:
а) Полностью одобрить своевременные и решительные меры, принятые Президиумом Центрального Комитета КПСС для ликвидации преступных антипартийных и антигосударственных действий Берия, как единственно правильные.
б) За предательские действия, направленные на подрыв Советского государства, исключить Л. П. Берия как врага партии и советского народа из членов Коммунистической партии Советского Союза и предать суду.
* * *
Наша партия должна извлечь из дела Берия политические уроки и сделать необходимые выводы для своей дальнейшей деятельности.
Первое. Необходимо укрепить партийное руководство во всех звеньях партии и государственного аппарата. Устранить сложившиеся за последние годы серьезные ненормальности в партийной жизни и методах партийного руководства. Задача состоит в том, чтобы обеспечить точное выполнение выработанных Лениным принципов партийного руководства и норм партийной жизни, строгое соблюдение требований Устава КПСС о сроках созыва партийных съездов, пленумов ЦК, регулярной работе всех центральных и местных партийных органов.
Высший принцип партийного руководства в нашей партии – коллективность руководства. Только коллективный политический опыт, коллективная мудрость Центрального Комитета, опирающегося на научную основу марксистско-ленинской теории, обеспечивает правильность руководства партией и страной, незыблемое единство и сплоченность рядов партии, успешное строительство коммунизма в нашей стране. Задача состоит в том, чтобы во всех партийных органах на деле строжайше соблюдать принципы коллективного руководства.
Необходимо регулярно проверять работу всех организаций и ведомств, покончить с бесконтрольностью работы любого работника, какой бы он пост ни занимал, памятуя, что партийное руководство всеми организациями является главным условием успешной их работы. И, наоборот, уход из-под партийного контроля ведет неизбежно к провалам в работе и к загниванию работников.
Второе. Необходимо исправить создавшееся за ряд лет неправильное положение, когда Министерство внутренних дел фактически ушло из-под контроля партии. Одной из причин, почему оказались возможными авантюристические, антипартийные и антисоветские попытки Берия поставить МВД над партией и правительством, является то, что в течение многих лет складывались неправильные, ненормальные отношения между партией и органами Министерства внутренних дел. Министерство внутренних дел приобрело непомерно большое влияние в системе социалистического государства. Фактически на протяжении уже ряда лет был утрачен действенный контроль партии, коллективного руководства партии над органами Министерства внутренних дел. Все это давало возможность различным карьеристам и авантюристам, врагам партии, пробравшимся в МВД, пытаться использовать аппарат МВД для терроризирования, запугивания и опорочивания честных, преданных делу коммунизма кадров партии и Советского государства. Больше того, как выяснилось теперь, карьеристские, враждебные элементы в аппарате МВД пытались подтачивать, опорочивать руководящие кадры партии вплоть до видных ее деятелей.
Партийные организации обязаны взять под систематический и неослабный контроль всю деятельность органов Министерства внутренних дел в центре и на местах. Это является не только правом, но и прямой обязанностью партийных организаций. Необходимо серьезно укрепить органы МВД партийными работниками, значительно усилить партийно-политическую работу среди чекистов, подавляющее большинство которых, несомненно, является честными и добросовестными людьми, воспитывать их в духе беззаветной преданности нашей партии, советскому народу, социалистической Родине.
Третье. Необходимо во всей работе партийных и советских организаций всемерно повышать революционную бдительность коммунистов и всех трудящихся. Следует помнить и никогда не забывать о капиталистическом окружении, которое засылает и будет засылать в нашу среду своих агентов для подрывной деятельности.
При подборе кадров необходимо отрешиться от деляческого подхода, строго соблюдать партийные принципы подбора работников по их политическим и деловым качествам.
Четвертое. Сила и непобедимость Коммунистической партии – в ее неразрывной связи с народом. Партийные организации обязаны постоянно укреплять и расширять связи партии с массами, чутко относиться к запросам трудящихся, проявлять повседневную заботу об улучшении материального благосостояния рабочих, колхозников, интеллигенции, всех советских людей, памятуя, что забота об интересах советского народа является важнейшей обязанностью нашей партии.
Пятое. Священной обязанностью всей нашей партии является дальнейшее упрочение нерушимой дружбы народов СССР, укрепление многонационального социалистического государства, воспитание советских людей в духе пролетарского интернационализма и решительная борьба со всеми проявлениями буржуазного национализма. Необходимо ликвидировать последствия вредительских действий Берия в области национальных отношений.
Шестое. Социалистический строй располагает огромными преимуществами и возможностями для нового, еще более мощного подъема нашего хозяйства и культуры, для дальнейшего повышения материального благосостояния народа. У нас есть неисчерпаемые природные ресурсы, могучая первоклассная техника в промышленности и в сельском хозяйстве, высококвалифицированные кадры рабочих и специалистов. Но было бы неправильно забывать о том, что у нас есть еще и нерешенные неотложные хозяйственные задачи, особенно в деле дальнейшего подъема сельского хозяйства (животноводство, овощеводство и т. д.). У нас имеются еще известные трудности роста, связанные с решением гигантской задачи максимального удовлетворения непрерывно растущих материальных и культурных потребностей трудящихся.
Партийные, советские, профсоюзные, комсомольские организации должны мобилизовать и организовать творческие силы народа для того, чтобы в полной мере использовать наши резервы и возможности для решения всех этих задач, для успешного выполнения и перевыполненмя-пятилетнего плана развития СССР, задач, поставленных XIX съездом партии.
Седьмое. Насущные интересы партии требуют значительного улучшения всего дела партийной пропаганды и политико-воспитательной работы в массах. Необходимо, чтобы коммунисты изучали марксистско-ленинскую теорию не начетнически и догматически, чтобы они понимали творческий характер марксизма-ленинизма и усваивали не отдельные формулировки и цитаты, а существо всепобеждающего, преобразующего мир революционного учения Маркса-Энгельса-Ленина-Сталина. Наша пропаганда должна воспитывать коммунистов и весь народ в духе уверенности в непобедимости великого дела коммунизма, в духе беззаветной преданности нашей партии и социалистической Родине.
***
Коммунистическая партия Советского Союза, созданная 50 лет тому назад гениальным Лениным, выросшая в гигантскую силу и закаленная в боях под руководством Ленина, ученика и продолжателя дела Ленина великого Сталина и их соратников, отбросит прочь и пресечет всякие попытки поколебать ее единство, умалить роль партии как ведущей силы советского общества.
Советский народ под испытанным руководством Коммунистической партии будет и впредь неустанно укреплять мощь своей социалистической Родины. Советский народ и впредь будет вести борьбу за прочный и длительный мир между народами, безраздельно поддерживать последовательную политику мира, проводимую правительством СССР, будет и впредь неустанно крепить дружбу с великой Китайской Народной Республикой, со всеми странами народной демократии. В тесном единении с народом наша партия будет уверенно и твердо идти вперед по пути строительства коммунистического общества.
Lavrentij Berija. 1953. Stenogramma ijul’skogo plenuma CK KPSS i drugie dokumenty, Moskau 1999, S. 365-373.
Информационное сообщение о Пленуме ЦК КПСС
10 июля 1953 г.
На днях состоялся Пленум Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза.
Пленум ЦК КПСС, заслушав и обсудив доклад Президиума ЦК – тов. Маленкова Г. М. о преступных антипартийных и антигосударственных действиях Л. П. Берия, направленных на подрыв Советского государства в интересах иностранного капитала и выразившихся в вероломных попытках поставить Министерство внутренних дел СCCР, Правительством и Коммунистической партией Советского Союза, принял решение вывести Л. П. Берия из состава ЦК КПСС и исключить его из рядов Коммунистической партии Советского Союза как врага Коммунистической партии и советского народа.
http://www.1000dokumente.de/index.html?c=dokument_ru&dokument=0012_ber&object=translation&st=&l=ru
Товарищи, разрешите мне поднять еще один, последний тост.
Я хотел бы поднять тост за здоровье нашего Советского народа и, прежде всего, русского народа. (Бурные, продолжительные аплодисменты, крики “ура”).
Я пью, прежде всего, за здоровье русского народа потому, что он является наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза.
Я поднимаю тост за здоровье русского народа потому, что он заслужил в этой войне общее признание, как руководящей силы Советского Союза среди всех народов нашей страны.
Я поднимаю тост за здоровье русского народа не только потому, что он – руководящий народ, но и потому, что у него имеется ясный ум, стойкий характер и терпение.
У нашего правительства было не мало ошибок, были у нас моменты отчаянного положения в 1941-1942 годах, когда наша армия отступала, покидала родные нам села и города Украины, Белоруссии, Молдавии, Ленинградской области, Прибалтики, Карело-Финской республики, покидала, потому что не было другого выхода. Иной народ мог бы сказать Правительству: вы не оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам покой. Но русский народ не пошел на это, ибо он верил в правильность политики своего правительства и пошел на жертвы, чтобы обеспечить разгром Германии. И это доверие русского народа Советскому Правительству оказалось той решающей силой, которая обеспечила историческую победу над врагом человечества, – над фашизмом.
Спасибо ему, русскому народу, за это доверие!
За здоровье русского народа! (Бурные, долго не смолкающие аплодисменты).
Cталин, И.В., Сочинения, в 16 т., т. 15: 1941-1945, Stanford 1967, с. 203-204.
http://www.1000dokumente.de/index.html?c=dokument_ru&dokument=0028_toa&object=translation&st=&l=ru
Нота правительства СССР, врученная посланнику Финляндии по поводу провокационного обстрела советских войск финляндскими воинскими частями 26 ноября 1939 г.
26 ноября вечером Народный Комиссар Иностранных Дел СССР В. М. Молотов принял посланника Финляндии г-на Ирие-Коскинена и вручил ему ноту правительства СССР по поводу провокационного обстрела советских войск финляндскими воинскими частями, сосредоточенными на Карельском перешейке.
Принимая ноту, г. Ирие-Коскинен заявил, что он немедленно снесется со своим правительством и даст ответ.
Ниже приводится текст ноты.
“Господин посланник!
По сообщению Генерального Штаба Красной Армии сегодня, 26 ноября, в 15 часов 45 минут, наши войска, расположенные на Карельском перешейке у границы Финляндии, около села Майнила, были неожиданно обстреляны с финской территории артиллерийским огнем. Всего было произведено семь орудийных выстрелов, в результате чего убито трое рядовых и один младший командир, ранено семь рядовых и двое из командного состава. Советские войска, имея строгое приказание не поддаваться провокации, воздержались от ответного обстрела.
Советское правительство, ставя Вас об этом в известность, считает нужным подчеркнуть, что оно уже во время недавних переговоров с гг. Таннером и Паасикиви указывало на опасность, которую создает сосредоточение большого количества регулярных финляндских войск у самой границы под Ленинградом. Теперь, в связи с фактом провокационного артиллерийского обстрела советских войск с финляндской территории, Советское правительство вынуждено констатировать, что сосредоточение финляндских войск под Ленинградом не только создает угрозу для Ленинграда, но и представляет на деле враждебный акт против СССР, уже приведший к нападению на советские войска и к жертвам.
Советское правительство не намерено раздувать этот возмутительный акт нападения со стороны частей финляндской армии, может быть, плохо управляемых финляндским командованием. Но оно хотело бы, чтобы такие возмутительные факты впредь не имели места.
Ввиду этого Советское правительство, заявляя решительный протест по поводу случившегося, предлагает финляндскому правительству незамедлительно отвести свои войска подальше от границы на Карельском перешейке – на 20-25 километров, и тем предотвратить возможность повторных провокаций. Примите, господин посланник, уверения в совершенном к Вам почтении.
Народный Комиссар Иностранных Дел СССР
В. МОЛОТОВ 26 ноября 1939 года”.
Известия, 1939, № 273 (7043), 27 ноября.
Ответ cоветского правительства на ноту финляндского правительства 28 ноября 1939 г.
В связи с получением ответной ноты финляндского правительства на ноту Советского правительства от 26 ноября Народный Комиссар Иностранных Дел В. М. Молотов принял 28 ноября Посланника Финляндии г. Ирие-Коскинена и вручил ему ответ Советского правительства на финляндскую ноту.
Ниже приводится текст ноты финляндского правительства от 27 ноября и текст ответной ноты правительства СССР от 28 ноября сего года.
НОТА ФИНЛЯНДСКОГО ПРАВИТЕЛЬСТВА
“Господин Народный Комиссар,
в ответ на Ваше письмо от 26 с. м. имею честь, по распоряжению моего правительства, довести до Вашего сведения нижеследующее: В связи с якобы имевшим место нарушением границы финляндское правительство в срочном порядке произвело надлежащее расследование. Этим расследованием было установлено, что пушечные выстрелы, о которых Вы упоминаете в письме, были произведены не с финляндской стороны. Напротив, из данных расследования вытекает, что упомянутые выстрелы были произведены 26 ноября между 15 часами 45 минутами и 16 часами 5 минутами по советскому времени с советской пограничной стороны, близ упомянутого Вами селения Майнила. С финляндской стороны можно было видеть даже место, где взрывались снаряды, так как селение Майнила расположено на расстоянии всего 800 метров от границы, за открытым полем. На основании расчета скорости распространения звука от семи выстрелов можно было заключить, что орудия, из которых произведены были эти выстрелы, находились на расстоянии около полутора-двух километров на юго-восток от места разрыва снарядов. Наблюдения, относящиеся к упомянутым выстрелам занесены были в журнал пограничной стражи в самый момент происшествия. При таких обстоятельствах представляется возможным, что дело идет о несчастном случае, происшедшем при учебных упражнениях, имевших место на советской стороне, и повлекшем за собой, согласно Вашему сообщению, человеческие жертвы. Вследствие этого я считаю своим долгом отклонить протест, изложенный в Вашем письме, и констатировать, что враждебный акт против СССР, о котором Вы говорите, был совершен не с финляндской стороны.
В Вашем письме Вы сослались также на заявления, сделанные гг. Паасикиви и Таннеру во время их пребывания в Москве относительно опасности сосредоточения регулярных войск в непосредственной близости к границе близ Ленинграда. По этому поводу я хотел бы обратить Ваше внимание на то обстоятельство, что в непосредственной близости к границе с финляндской стороны расположены главным образом пограничные войска; орудий такой дальнобойности, чтобы их снаряды ложились по ту сторону границы, в этой зоне не было вовсе.
Хотя и не имеется конкретных мотивов для того, чтобы, согласно Вашему предложению, отвести войска с пограничной линии, мое правительство, тем не менее, готово приступить к переговорам по вопросу об обоюдном отводе войск на известное расстояние от границы.
Я принял с удовлетворением Ваше сообщение, из которого явствует, что правительство СССР не намерено преувеличивать значение пограничного инцидента, якобы имевшего место по утверждению из Вашего письма. Я счастлив, что имел возможность рассеять это недоразумение уже на следующий день по получении Вашего предложения. Однако для того, чтобы на этот счет не осталось никакой неясности, мое правительство предлагает, чтобы пограничным комиссарам обеих сторон на Карельском перешейке было поручено совместно произвести расследование по поводу данного инцидента в соответствии с Конвенцией о пограничных комиссарах, заключенной 24 сентября 1928 года.
Примите, господин Народный Комиссар, заверения в моем глубочайшем уважении.
А. С. ИРИЕ-КОСКИНЕН”.
Ответная нота Советского правительства
“Господин посланник!
Ответ правительства Финляндии на ноту Советского правительства от 26 ноября представляет документ, отражающий глубокую враждебность правительства Финляндии к Советскому Союзу и призванный довести до крайности кризис в отношениях между обеими странами.
1. Отрицание со стороны правительства Финляндии факта возмутительного артиллерийского обстрела финскими войсками советских войск, повлекшего за собой жертвы, не может быть объяснено иначе, как желанием ввести в заблуждение общественное мнение и поиздеваться над жертвами обстрела. Только отсутствие чувства ответственности и презрительное отношение к общественному мнению могли продиктовать попытку объяснить возмутительный инцидент с обстрелом “учебными упражнениями” советских войск в артиллерийской стрельбе у самой линии границы на виду у финских войск.
2. Отказ правительства Финляндии отвести войска, совершившие злодейский обстрел советских войск, и требование об одновременном отводе финских и советских войск, исходящие формально из принципа равенства сторон, изобличают враждебное желание правительства Финляндии держать Ленинград под угрозой. На самом деле мы имеем здесь не равенство в положении финских и советских войск, а, наоборот, преимущественное положение финских войск. Советские войска не угрожают жизненным центрам Финляндии, ибо они отстоят от них на сотни километров, тогда как финские войска, расположенные в 32 километрах от жизненного центра СССР – Ленинграда, насчитывающего 3 с половиной миллиона населения, создают для него непосредственную угрозу. Не приходится уже говорить о том, что советские войска, собственно, некуда отводить, так как отвод советских войск на 25 километров означал бы расположение их в предместьях Ленинграда, что является явно абсурдным с точки зрения безопасности Ленинграда. Предложение Советского правительства об отводе финских войск на 20-25 километров является минимальным, ибо оно ставит своей целью не уничтожение этого неравенства в положении финских и советских войск, а лишь некоторое его смягчение. Если правительство Финляндии отклоняет даже это минимальное предложение, то это значит, что оно намерено держать Ленинград под непосредственной угрозой своих войск.
3. Сосредоточив под Ленинградом большое количество регулярных войск и поставив, таким образом, важнейший жизненный центр СССР под непосредственную угрозу, правительство Финляндии совершило враждебный акт в отношении СССР, несовместимый с пактом о ненападении, заключенным между обеими странами. Отказавшись же отвести войска хотя бы на 20-25 километров после происшедшего злодейского артиллерийского обстрела советских войск со стороны финских войск, правительство Финляндии показало, что оно продолжает оставаться на враждебных позициях в отношении СССР, не намерено считаться с требованиями пакта о ненападении и решило и впредь держать Ленинград под угрозой. Но правительство СССР не может мириться с тем, чтобы одна сторона нарушала пакт о ненападении, а другая обязывалась исполнять его. Ввиду этого Советское правительство считает себя вынужденным заявить, что с сего числа оно считает себя свободным от обязательств, взятых на себя в силу пакта о ненападении, заключенного между СССР и Финляндией и систематически нарушаемого правительством Финляндии. Примите, господин посланник, уверения в совершенном к Вам почтении.
28 ноября 1939 года,
Народный Комиссар Иностранных Дел СССР В. МОЛОТОВ”.
Известия, 1939, № 275 (7045), 29 ноября.
http://www.1000dokumente.de/index.html?c=dokument_ru&dokument=0009_fin&object=translation&st=&l=ru
Глава I.
Общественное устройство.
Статья 1. Союз Советских Социалистических Республик есть социалистическое государство рабочих и крестьян.
Статья 2. Политическую основу СССР составляют Советы депутатов трудящихся, выросшие и окрепшие в результате свержения власти помещиков и капиталистов и завоевания диктатуры пролетариата.
Статья 3. Вся власть в СССР принадлежит трудящимся города и деревни в лице советов депутатов трудящихся.
Статья 4. Экономическую основу СССР составляют социалистическая система хозяйства и социалистическая собственность на орудия и средства производства, утвердившиеся в результате ликвидации капиталистической системы хозяйства, отмены частной собственности на орудия и средства производства и уничтожения эксплуатации человека человеком.
Статья 5. Социалистическая собственность в СССР имеет либо форму государственной собственности (всенародное достояние), либо форму кооперативно-колхозной собственности (собственность отдельных колхозов, собственность кооперативных объединений).
Статья 6. Земля, ее недра, воды, леса, заводы, фабрики, шахты, рудники, железнодорожный, водный и воздушный транспорт, банки, средства связи, организованные государством крупные сельскохозяйственные предприятия (совхозы, машинно-тракторные станции и т. п.), а также коммунальные предприятия и основной жилищный фонд в городах и промышленных пунктах являются государственной собственностью, то-есть всенародным достоянием.
Статья 7. Общественные предприятия в колхозах и кооперативных организациях с их живым и мертвым инвентарем, производимая колхозами и кооперативными организациями продукция, равно как их общественные постройки составляют общественную, социалистическую собственность колхозов и кооперативных организаций.
Каждый колхозный двор, кроме основного дохода от общественного колхозного хозяйства, имеет в личном пользовании небольшой приусадебный участок земли и в личной собственности подсобное хозяйство на приусадебном участке, жилой дом, продуктивный скот, птицу и мелкий сельскохозяйственный инвентарь – согласно уставу сельскохозяйственной артели.
Статья 8. Земля, занимаемая колхозами, закрепляется за ними в бесплатное и бессрочное пользование, то-есть навечно.
Статья 9. Наряду с социалистической системой хозяйства, являющейся господствующей формой хозяйства в СССР, допускается законом мелкое частное хозяйство единоличных крестьян и кустарей, основанное на личном труде и исключающее эксплуатацию чужого труда.
Статья 10. Право личной собственности граждан на их трудовые доходы и сбережения, на жилой дом и подсобное домашнее хозяйство, на предметы домашнего хозяйства и обихода, на предметы личного потребления и удобства, равно как право наследования личной собственности граждан – охраняются законом.
Статья 11. Хозяйственная жизнь СССР определяется и направляется государственным народнохозяйственным планом в интересах увеличения общественного богатства, неуклонного подъема материального и культурного уровня трудящихся, укрепления независимости СССР и усиления его обороноспособности.
Статья 12. Труд в СССР является обязанностью и делом чести каждого способного к труду гражданина по принципу: “кто не работает, тот не ест”.
В СССР осуществляется принцип социализма: “от каждого по его способности, каждому – по его труду”.
Глава II.
Государственное устройство.
Статья 13. Союз Советских Социалистических Республик есть союзное государство, образованное на основе добровольного объединения равноправных Советских Социалистических Республик:
Российской Советской Федеративной Социалистической Республики,
Украинской Советской Социалистической Республики,
Белорусской Советской Социалистической Республики,
Азербайджанской Советской Социалистической Республики,
Грузинской Советской Социалистической Республики,
Армянской Советской Социалистической Республики,
Туркменской Советской Социалистической Республики,
Узбекской Советской Социалистической Республики,
Таджикской Советской Социалистической Республики,
Казахской Советской Социалистической Республики,
Киргизской Советской Социалистической Республики.
Статья 14. Ведению Союза Советских Социалистических Республик в лице его высших органов власти и органов государственного управления подлежат:
- а) представительство Союза в международных сношениях, заключение и ратификация договоров с другими государствами;
- б) вопросы войны и мира;
- в) принятие в состав СССР новых республик;
- г) контроль за исполнением Конституции СССР и обеспечение соответствия конституций союзных республик с Конституцией СССР;
- д) утверждение изменений границ между союзными республиками;
- е) утверждение образования новых краев и областей, а также новых автономных республик в составе союзных республик;
- ж) организация обороны СССР и руководство всеми вооруженными силами СССР;
- з) внешняя торговля на основе государственной монополии;
- и) охрана государственной безопасности;
- к) установление народнохозяйственных планов СССР;
- л) утверждение единого государственного бюджета СССР, а также налогов и доходов, поступающих на образование бюджетов союзного, республиканских и местных;
- м) управление банками, промышленными и сельскохозяйственными учреждениями и предприятиями, а также торговыми предприятиями общесоюзного значения;
- н) управление транспортом и связью;
- о) руководство денежной и кредитной системой;
- п) организация государственного страхования;
- р) заключение и предоставление займов;
- с) установление основных начал землепользования, а равно пользования недрами, лесами и водами;
- т) установление основных начал в области просвещения и здравоохранения;
- у) организация единой системы народнохозяйственного учета;
- ф) установление основ законодательства о труде;
- х) законодательство о судоустройстве и судопроизводстве; уголовный и гражданский кодексы;
- ц) законы о союзном гражданстве; законы о правах иностранцев;
- 4) издание общесоюзных актов об амнистии.
Статья 15. Суверенитет союзных республик ограничен лишь в пределах, указанных в статье 14 Конституции СССР. Вне этих пределов каждая союзная республика осуществляет государственную власть самостоятельно. СССР охраняет суверенные права союзных республик.
Статья 16. Каждая Союзная республика имеет свою Конституцию, учитывающую особенности республики и построенную в полном соответствии с Конституцией СССР.
Статья 17. За каждой Союзной республикой сохраняется право свободного выхода из СССР.
Статья 18. Территория союзных республик не может быть изменяема без их согласия.
Статья 19. Законы СССР имеют одинаковую силу на территории всех союзных республик.
Статья 20. В случае расхождения закона союзной республики с законом общесоюзным, действует общесоюзный закон.
Статья 21. Для граждан СССР устанавливается единое союзное гражданство.
Каждый гражданин Союзной республики является гражданином СССР.
Статья 22. Российская Советская Федеративная Социалистическая Республика состоит из краев: Азово-Черноморского, Дальне-Восточного, Западно-Сибирского, Красноярского, Северо-Кавказского; областей: Воронежской, Восточно-Сибирской, Горьковской, Западной, Ивановской, Калининской, Кировской, Куйбышевской, Курской, Ленинградской, Московской, Омской, Оренбургской, Саратовской, Свердловской, Северной, Сталинградской, Челябинской, Ярославской; автономных советских социалистических республик: Татарской, Башкирской, Дагестанской, Бурят-Монгольской, Кабардино-Балкарской, Калмыцкой, Карельской, Коми, Крымской, Марийской, Мордовской, Немцев Поволжья, Северо-Осетинской, Удмуртской, Чечено-Ингушской, Чувашской, Якутской; автономных областей: Адыгейской, Еврейской, Карачаевской, Ойротской, Хакасской, Черкесской.
Статья 23. Украинская Советская Социалистическая Республика состоит из областей: Винницкой, Днепропетровской, Донецкой, Киевской, Одесской, Харьковской, Черниговской и Молдавской Автономной Советской Социалистической Республики.
Статья 24. В Азербайджанской Советской Социалистической Республике состоят Нахичеванская Автономная Советская Социалистическая Республика и Нагорно-Карабахская автономная область.
Статья 25. В Грузинской Советской Социалистической Республике состоят: Абхазская АССР, Аджарская АССР, Юго-Осетинская автономная область.
Статья 26. В Узбекской Советской Социалистической Республике состоит Кара-Калпакская Автономная Советская Социалистическая республика.
Статья 27. В Таджикской Советской Социалистической Республике состоит Горно-Бадахшанская автономная область.
Статья 28. Казахская Советская Социалистическая Республика состоит из областей: Актюбинской, Алма-Атинской, Восточно-Казахстанской, Западно-Казахстанской, Карагандинской, Кустанайской, Северо-Казахстанской, Южно-Казахстанской.
Статья 29. Армянская ССР, Белорусская ССР, Туркменская ССР и Киргизская ССР не имеют в своем составе автономных республик, равно как краев и областей.
Глава III.
Высшие органы государственной власти Союза Советских Социалистических республик.
Статья 30. Высшим органом государственной власти СССР является Верховный Совет СССР.
Статья 31. Верховный Совет СССР осуществляет все права, присвоенные Союзу Советских Социалистических Республик согласно статье 14 Конституции, поскольку они не входят, в силу конституции, в компетенцию подотчетных Верховному Совету СССР органов СССР: Президиума Верховного Совета СССР, Совета Народных Комиссаров СССР и Народных Комиссариатов СССР.
Статья 32. Законодательная власть СССР осуществляется исключительно Верховным Советом СССР.
Статья 33. Верховный Совет СССР состоит из двух палат: Совета Союза и Совета Национальностей.
Статья 34. Совет Союза избирается гражданами СССР избирательным округам по норме: один депутат на 300 тысяч селения.
Статья 35. Совет Национальностей избирается гражданами СССР по союзным и автономным республикам, автономным областям и национальным округам по норме: по 25 депутатов от каждой союзной республики, по 11 депутатов от каждой автономий республики, по 5 депутатов от каждой автономной области и по одному депутату от каждого национального округа.
Статья 36. Верховный Совет СССР избирается сроком на четыре года.
Статья 37. Обе палаты Верховного Совета СССР: Совет Союза и Совет Национальностей равноправны.
Статья 38. Совету Союза и Совету Национальностей в одинаковой мере принадлежит законодательная инициатива.
Статья 39. Закон считается утвержденным, если он принят обеими палатами Верховного Совета СССР простым большинством каждой.
Статья 40. Законы, принятые Верховным Советом СССР, публикуются на языках союзных республик за подписями председателя и секретаря Президиума Верховного Совета СССР.
Статья 41. Сессии Совета Союза и Совета Национальностей начинаются и заканчиваются одновременно.
Статья 42. Совет Союза избирает председателя Совета Союза и двух его заместителей.
Статья 43. Совет Национальностей избирает председателя Совета Национальностей и двух его заместителей.
Статья 44. Председатели Совета Союза и Совета Национальностей руководят заседаниями соответствующих палат и ведают их внутренним распорядком.
Статья 45. Совместные заседания обеих палат Верховного Совета СССР ведут поочередно председатели Совета Союза и Совета Национальностей.
Статья 46. Сессии Верховного Совета СССР созываются Президиумом Верховного Совета СССР два раза в год.
Внеочередные сессии созываются Президиумом Верховного Совета СССР по его усмотрению или по требованию одной иа союзных республик.
Статья 47. В случае разногласия между Советом Союза и Советом Национальностей вопрос передается на разрешение согласительной комиссии, образованной на паритетных началах. Если согласительная комиссия не приходит к согласному решению или если ее решение не удовлетворяет одну из палат, вопрос рассматривается вторично в палатах. При отсутствии согласного решения двух палат, Президиум Верховного Совета СССР распускает Верховный Совет СССР и назначает новые выборы.
Статья 48. Верховный Совет СССР избирает на совместном заседании обеих палат Президиум Верховного Совета СССР в составе: председателя Президиума Верховного Совета СССР, одиннадцати его заместителей, секретаря Президиума и 24 членов Президиума.
Президиум Верховного Совета СССР подотчетен Верховному Совету СССР во всей своей деятельности.
Статья 49. Президиум Верховного Совета СССР:
- а) созывает сессии Верховного Совета СССР;
- б) дает толкование действующих законов СССР, издает указы;
- в) распускает Верховный Совет СССР на оснований 47 статьи Конституции СССР и назначает новые выборы;
- г) производит всенародный опрос (референдум) по своей инициативе или по требованию одной из союзных республик;
- д) отменяет постановления и распоряжения Совета Народных Комиссаров СССР и Советов Народных Комиссаров союзных республик в случае их несоответствия закону;
- е) в период между сессиями Верховного Совета СССР освобождает от должности и назначает отдельных Народных Комиссаров СССР по представлению председателя Совета Народных Комиссаров СССР, с последующим внесением на утверждение Верховного Совета СССР;
- ж) награждает орденами и присваивает почетные звания СССР;
- з) осуществляет право помилования;
- и) назначает и сменяет высшее командование вооруженных cил СССР;
- к) в период между сессиями Верховного Совета СССР объявляет состояние войны в случае военного нападения на СССР или в случае необходимости выполнения международных договорных обязательств по взаимной обороне от агрессии;
- л) объявляет общую и частичную мобилизацию;
- м) ратифицирует международные договоры;
- н) назначает и отзывает полномочных представителей СССР в иностранных государствах;
- о) принимает верительные и отзывные грамоты аккредитованных при нем дипломатических представителей иностранных государств.
Статья 50. Совет Союза и Совет Национальностей избирают мандатные комиссии, которые проверяют полномочия депутатов каждой палаты.
По представлению мандатной комиссии палаты решают либо признать полномочия, либо кассировать выборы отдельных депутатов.
Статья 51. Верховный Совет СССР назначает, когда он cочтет необходимым, следственные и ревизионные комиссии по любому вопросу.
Все учреждения и должностные лица обязаны выполнять требования этих комиссий и представлять им необходимые материалы и документы.
Статья 52. Депутат Верховного Совета СССР не может быть привлечен к судебной ответственности или арестован без согласия Верховного Совета СССР, а в период, когда нет сессий Верховного Совета СССР, – без согласия Президиума Верховного Совета СССР.
Статья 53. По истечении полномочий или после досрочного роспуска Верховного Совета СССР Президиум Верховного Совета СССР сохраняет свои полномочия вплоть до образования вновь избранным Верховным Советом СССР нового Президиума Верховного Совета СССР.
Статья 54. По истечении полномочий или в случае досрочного роспуска Верховного Совета СССР Президиум Верховного Совета СССР назначает новые выборы в срок не более двух месяцев со дня истечения полномочий или роспуска Верховного Совета СССР.
Статья 55. Вновь избранный Верховный Совет СССР созывается Президиумом Верховного Совета СССР прежнего состава не позже, как через месяц после выборов.
Статья 56. Верховный Совет СССР образует на совместном заседании обеих палат Правительство СССР – Совет Народных Комиссаров СССР.
Глава IV.
Высшие органы государственной власти союзных республик.
Статья 57. Высшим органом государственной власти союзной республики является Верховный Совет союзной республики.
Статья 58. Верховный Совет союзной республики избирается гражданами республики сроком на четыре года.
Нормы представительства устанавливаются Конституциями союзных республик.
Статья 59. Верховный Совет союзной республики является единственным законодательным органом республики.
Статья 60. Верховный Совет союзной республики:
- а) принимает Конституцию республики и вносит в нее изменения в соответствии со статьей 16 Конституции СССР;
- б) утверждает Конституции находящихся в ее составе автономных республик и определяет границы их территории;
- в) утверждает народнохозяйственный план и бюджет республики;
- г) пользуется правом амнистии и помилования граждан, осужденных судебными органами союзной республики.
Статья 61. Верховный Совет союзной республики избирает Президиум Верховного Совета союзной республики в составе: председателя Президиума Верховного Совета Союзной республики, его заместителей, секретаря Президиума и членов Президиума Верховного Совета Союзной республики.
Полномочия Президиума Верховного Совета Союзной республики определяются Конституцией Союзной республики.
Статья 62. Для ведения заседаний Верховный Совет Союзной республики избирает своего председателя и его заместителей.
Статья 63. Верховный Совет Союзной Республики образует Правительство Союзной Республики – Совет Народных Комиссаров Союзной Республики.
Глава V.
Органы государственного управления Союза Советских Социалистических республик.
Статья 64. Высшим исполнительным и распорядительным органом государственной власти Союза Советских Социалистических Республик является Совет Народных Комиссаров СССР.
Статья 65. Совет Народных Комиссаров СССР ответственен перед Верховным Советом СССР и ему подотчетен, а в период между сессиями Верховного Совета – перед Президиумом Верховного Совета СССР, которому подотчетен.
Статья 66. Совет Народных Комиссаров СССР издает постановления и распоряжения на основе и во исполнение действующих законов и проверяет исполнение.
Статья 67. Постановления и распоряжения Совета Народных Комиссаров СССР обязательны к исполнению на всей территории СССР.
Статья 68. Совет Народных Комиссаров:
- а) объединяет и направляет работу общесоюзных и союзно-республиканских Народных Комиссариатов СССР и других подведомственных ему хозяйственных и культурных учреждений;
- б) принимает меры по осуществлению народнохозяйственного плана, государственного бюджета и укреплению кредитно-денежной системы;
- в) принимает меры по обеспечению общественного порядка, защите интересов государства и охране прав граждан;
- г) осуществляет общее руководство в области сношений с иностранными государствами;
- д) определяет ежегодные контингенты граждан, подлежащих призыву на действительную военную службу, руководит общим строительством вооруженных сил страны;
- е) образует, в случае необходимости, специальные комитеты и главные управления при Совете Народных Комиссаров СССР по делам хозяйственного, культурного и оборонного строительства.
Статья 69. Совет Народных Комиссаров СССР имеет право по отраслям управления и хозяйства, отнесенным к компетенции СССР, приостанавливать постановления и распоряжения советов народных комиссаров союзных республик и отменять приказы и инструкции народных комиссаров СССР.
Статья 70. Совет Народных Комиссаров СССР образуется Верховным Советом СССР в составе:
Председателя Совета Народных Комиссаров СССР;
Заместителей Председателя Совета Народных Комиссаров СССР;
Председателя Государственной плановой комиссии СССР;
Председателя Комиссии советского контроля;
Народных комиссаров СССР;
Председателя Комитета заготовок;
Председателя Комитета по делам искусств;
Председателя Комитета по делам высшей школы.
Статья 71. Правительство СССР или Народный Комиссар СССР, к которым обращен запрос депутата Верховного Совета СССР, обязаны не более чем к трехдневный срок дать устный или письменный ответ в соответствующей палате.
Статья 72. Народные комиссары СССР руководят отраслями государственного управления, входящими в компетенцию СССР.
Статья 73. Народные комиссары СССР издают в пределах компетенции соответствующих Народных Комиссариатов приказы и инструкции на основании и во исполнение действующих законов, а также постановлений и распоряжений Совета Народных Комиссаров СССР и проверяют их исполнение.
Статья 74. Народные комиссариаты СССР являются или общесоюзными или союзно-республиканскими.
Статья 75. Общесоюзные народные комиссариаты руководят порученной им отраслью государственного управления на всей территории СССР или непосредственно или через назначаемые ими органы.
Статья 76. Союзно-республиканские народные комиссариаты руководят порученной им отраслью государственного управления, как правило, через одноименные народные Комиссариаты союзных республик и управляют непосредственно лишь определенным ограниченным числом предприятий по списку, утверждаемому Президиумом Верховного Совета СССР.
Статья 77. К общесоюзным Народным Комиссариатам относятся Народные Комиссариаты:
Статья 78. К союзно-республиканским народным комиссариатам относятся народные Комиссариаты:
Зерновых и животноводческих совхозов,
Глава VI.
Органы государственного управления союзных республик.
Статья 79. Высшие исполнительным и распорядительным органом государственной власти союзной республики является Совет Народных Комиссаров Союзной республики.
Статья 80. Совет Народных Комиссаров Союзной республики ответственен перед Верховным Советом Союзной республики и ему подотчетен, а в период между сессиями Верховного Совета Союзной республики, перед Президиумом Верховного Совета Союзной республики, которому подотчетен.
Статья 81. Совет Народных Комиссаров Союзной республики издает постановления и распоряжения на основе и во исполнение действующих законов СССР и Союзной республики, постановлений и распоряжений Совета Народных Комиссаров СССР и проверяет их исполнение.
Статья 82. Совет Народных Комиссаров Союзной республики имеет право приостанавливать постановления и распоряжения Советов Народных Комиссаров автономных республик и отменять решения и распоряжения исполнительных комитетов советов депутатов трудящихся краев, областей и автономных областей.
Статья 83. Совет Народных Комиссаров Союзной республики образуется Верховным Советом Союзной республики в составе:
Председателя Совета Народных Комиссаров Союзной республики,
Заместителей Председателя,
Председателя Государственной плановой комиссии,
Народных Комиссаров:
Пищевой промышленности,
Легкой промышленности,
Лесной промышленности,
Земледелия,
Зерновых и животноводческих совхозов,
Финансов,
Внутренней торговли,
Внутренних дел,
Юстиции,
Здравоохранения,
Просвещения,
Местной промышленности,
Коммунального хозяйства,
Социального обеспечения,
Уполномоченного Комитета заготовок,
Начальника Управления по делам искусств,
Уполномоченных общесоюзных народных комиссариатов.
Статья 84. Народные Комиссары Союзной республики руководят отраслями государственного управления входящими в компетенцию союзной республики.
Статья 85. Народные Комиссары Союзной республики издают в пределах компетенции соответствующих народных комиссариатов приказы и инструкции на основании и во исполнение законов СССР и союзной республики, постановлений и распоряжений Совета Народных Комиссаров СССР и союзной республики, приказов и инструкций союзно-республиканских народных комиссариатов СССР.
Статья 86. Народные комиссариаты союзной республики являются союзно-республиканскими или республиканскими.
Статья 87. Союзно-республиканские народные комиссариаты руководят порученной им отраслью государственного управления, подчиняясь как Совету Народных Комиссаров союзной республики, так и соответствующему союзно-республиканскому народному комиссариату СССР.
Статья 88. Республиканские народные комиссариаты руководят порученной им отраслью государственного управления, подчиняясь непосредственно Совету Народных Комиссаров союзной республики.
Глава VII.
Высшие органы государственной власти автономных советских социалистических республик.
Статья 89. Высшим органом государственной власти автономной республики является Верховный Совет АССР.
Статья 90. Верховный Совет автономной республики избирается гражданами республики сроком на четыре года по нормам представительства, устанавливаемым Конституцией автономной республики.
Статья 91. Верховный Совет автономной республики является единственным законодательным органом АССР.
Статья 92. Каждая автономная республика имеет свою Конституцию, учитывающую особенности автономной республики и построенную в полном соответствии с Конституцией союзной республики.
Статья 93. Верховный Совет автономной республики избирает Президиум Верховного Совета автономной республики и образует Совет Народных Комиссаров автономной республики, согласно своей Конституции.
Глава VIII.
Местные органы государственной власти.
Статья 94. Органами государственной власти в краях, областях, автономных областях, округах, районах, городах, селах (станицах, деревнях, хуторах, кишлаках, аулах) являются советы депутатов трудящихся.
Статья 95. Краевые, областные, автономных областей, окружные, районные, городские, сельские (станиц, деревень, хуторов, кишлаков, аулов) советы депутатов трудящихся избираются соответственно трудящимися края, области, автономной области, округа, района, города, села сроком на два года.
Статья 96. Нормы представительства в советы депутатов трудящихся определяются Конституциями союзных республик.
Статья 97. Советы депутатов трудящихся руководят деятельностью подчиненных им органов управления, обеспечивают охрану государственного порядка, соблюдение законов и охрану прав граждан, руководят местным хозяйственным и культурным строительством, устанавливают местный бюджет.
Статья 98. Советы депутатов трудящихся принимают решения и дают распоряжения в пределах прав, предоставленных им законами СССР и Союзной республики.
Статья 99. Исполнительными и распорядительными органами краевых, областных, автономных областей, окружных, районных, городских и сельских советов депутатов трудящихся являются избираемые ими исполнительные комитеты, в составе: председателя, его заместителей, секретаря и членов.
Статья 100. Исполнительным и распорядительным органом сельских советов депутатов трудящихся в небольших поселениях, в соответствии с Конституциями союзных республик, являются избираемые ими председатель, его заместители и секретарь.
Статья 101. Исполнительные органы советов депутатов трудящихся непосредственно подотчетны как совету депутатов трудящихся, их избравшему, так и исполнительному органу вышестоящего совета депутатов трудящихся.
Глава IX.
Суд и прокуратура.
Статья 102. Правосудие в СССР осуществляется Верховным Судом СССР, Верховными Судами союзных республик, краевыми и областными судами, судами автономных республик и автономных областей, окружными судами, специальными судамиСССР, создаваемыми по постановлению Верховного Совета СССР, народными судами.
Статья 103. Рассмотрение дел во всех судах осуществляется с участием народных заседателей, кроме случаев, специально предусмотренных законом.
Статья 104. Верховный Суд СССР является высшим судебным органом. На Верховный Суд СССР возлагается надзор за судебной деятельностью всех судебных органов СССР и союзных республик.
Статья 105. Верховный Суд СССР и специальные суды СССР избираются Верховным Советом СССР cроком на пять лет.
Статья 106. Верховные суды союзных республик избираются Верховными Советами союзных республик сроком на пять лет.
Статья 107. Верховные суды автономных республик избираются Верховными Советами автономных республик сроком на пять лет.
Статья 108. Краевые и областные суды, суды автономных областей, окружные суды избираются краевыми, областными или окружными советами депутатов трудящихся или советами депутатов трудящихся автономных областей сроком на пять лет.
Статья 109. Народные суды избираются гражданами района на основе всеобщего, прямого и равного избирательного права при тайном голосовании – сроком на три года.
Статья 110. Судопроизводство ведется на языке союзной или автономной республики или автономной области с обеспечением для лиц, не владеющих этим языком, полного ознакомления с материалами дела через переводчика, а также права выступать на суде на родном языке.
Статья 111. Разбирательство дел во всех судах СССР открытое, поскольку законом не предусмотрены исключения, с обеспечением обвиняемому права на защиту.
Статья 112. Судьи независимы и подчиняются только закону.
Статья 113. Высший надзор за точным исполнением законов всеми народными комиссариатами и подведомственными им учреждениями, равно как отдельными должностными лицами, а также гражданами СССР возлагается на Прокурора СССР.
Статья 114. Прокурор СССР назначается Верховным Советом СССР сроком на семь лет.
Статья 115. Республиканские, краевые, областные прокуроры, а также прокуроры автономных республик и автономных областей назначаются Прокурором СССР сроком на пять лет.
Статья 116. Окружные, районные и городские прокуроры назначаются Прокурорами союзных республик с утверждения Прокурора СССР сроком на пять лет.
Статья 117. Органы прокуратуры осуществляют свои функции независимо от каких бы то ни было местных органов, подчиняясь только Прокурору СССР.
Глава Х.
Основные права и обязанности граждан.
Статья 118. Граждане СССР имеют право на труд, то есть право на получение гарантированной работы, с оплатой их труда в соответствии с его количеством и качеством.
Право на труд обеспечивается социалистической организацией народного хозяйства, неуклонным ростом производительных сил советского общества, устранением возможности хозяйственных кризисов и ликвидацией безработицы.
Статья 119. Граждане СССР имеют право на отдых.
Право на отдых обеспечивается сокращением рабочего дня для подавляющего большинства рабочих до семи часов, установлением ежегодных отпусков рабочим и служащим с сохранением заработной платы, предоставлением для обслуживания трудящихся широкой сети санаториев, домов отдыха, клубов.
Статья 120. Граждане СССР имеют право на материальное обеспечение в старости, а также – в случае болезни и потери трудоспособности.
Это право обеспечивается широким развитием социального страхования рабочих и служащих за счет государства, бесплатной медицинской помощью трудящимся, предоставлением в пользование трудящимся широкой сети курортов.
Статья 121. Граждане СССР имеют право на образование.
Это право обеспечивается всеобще-обязательным начальным образованием, бесплатностью образования, включая высшее образование, системой государственных стипендий подавляющему большинству учащихся в высшей школе, обучением в школах на родном языке, организацией на заводах, в совхозах, машинно-тракторных станциях и колхозах бесплатного производственного, технического и агрономического обучения трудящихся.
Статья 122. Женщине в СССР предоставляются равные права с мужчиной во всех областях хозяйственной, государственной, культурной и общественно-политической жизни.
Возможность осуществления этих прав женщин обеспечивается предоставлением женщине равного с мужчиной права на труд, оплату труда, отдых, социальное страхование и образование, государственной охраной интересов матери и ребенка, предоставлением женщине при беременности отпусков с сохранением содержания, широкой сетью родильных домов, детских ясель и садов.
Статья 123. Равноправие граждан СССР, независимо от их национальности и расы, во всех областях хозяйственной, государственной, культурной и общественно-политической жизни является непреложным законом.
Какое бы то ни было прямое или косвенное ограничение прав или, наоборот, установление прямых или косвенных преимуществ граждан в зависимости от их расовой и национальной принадлежности, равно как всякая проповедь расовой или национальной исключительности, или ненависти и пренебрежения – караются законом.
Статья 124. В целях обеспечения за гражданами свободы совести, церковь в СССР отделена от государства и школа от церкви. Свобода отправления религиозных культов и свобода антирелигиозной пропаганды признается за всеми гражданами.
Статья 125. В соответствии с интересами трудящихся и в целях укрепления социалистического строя гражданам СССР гарантируется законом:
- а) свобода слова,
- б) свобода печати,
- в) свобода собраний и митингов,
- г) свобода уличных шествий и демонстраций.
Эти права граждан обеспечиваются предоставлением трудящимся и их организациям типографий, запасов бумаги, общественных зданий, улиц, средств связи и других материальных условий, необходимых для их осуществления.
Статья 126. В соответствии с интересами трудящихся и в целях развития организационной самодеятельности и политической активности народных масс гражданам СССР обеспечивается право объединения в общественные организации: профессиональные союзы, кооперативные объединения, организации молодежи, спортивные и оборонные организации, культурные, технические и научные общества, а наиболее активные и сознательные граждане из рядов рабочего класса и других слоев трудящихся объединяются во всесоюзную коммунистическую парию (большевиков), являющуюся передовым отрядом трудящихся в их борьбе за укрепление и развитие социалистического строя и представляющую руководящее ядро всех организаций трудящихся как общественных, так и государственных.
Статья 127. Гражданам СССР обеспечивается неприкосновенность личности. Никто не может быть подвергнут аресту иначе, как по постановлению суда или с санкции прокурора.
Статья 128. Неприкосновенность жилища граждан и тайна переписки охраняются законом.
Статья 129. СССР предоставляет право убежища иностранным гражданам, преследуемым за защиту интересов трудящихся, или научную деятельность, или национально-освободительную борьбу.
Статья 130. Каждый гражданин СССР обязан соблюдать Конституцию Союза Советских Социалистических Республик, исполнять законы, блюсти дисциплину труда, честно относиться к общественному долгу, уважать правила социалистического общежития.
Статья 131. Каждый гражданин СССР обязан беречь и укреплять общественную, социалистическую собственность, как священную и неприкосновенную основу советского строя, как источник богатства и могущества родины, как источник зажиточной и культурной жизни всех трудящихся.
Лица, покушающиеся на общественную, социалистическую собственность, являются врагами народа.
Статья 132. Всеобщая воинская обязанность является законом.
Воинская служба в Рабоче-Крестьянской Красной Армии представляет почетную обязанность граждан СССР.
Статья 133. Защита отечества есть священный долг каждого гражданина СССР. Измена родине: нарушение присяги, переход на сторону врага, нанесение ущерба военной мощи государства, шпионаж – караются по всей строгости закона, как самое тяжкое злодеяние.
Глава XI.
Избирательная система.
Статья 134. Выборы депутатов во все советы депутатов трудящихся: Верховный Совет СССР, Верховные Советы союзных республик, краевые и областные Советы депутатов трудящихся, Верховные Советы автономных республик, Советы депутатов трудящихся автономных областей, окружные, районные, городские и сельские (станицы, деревни, хутора, кишлака, аула) Советы депутатов трудящихся, – производятся избирателями на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании.
Статья 135. Выборы депутатов являются всеобщими: все граждане СССР, достигшие 18 лет, независимо от расовой и национальной принадлежности, вероисповедания, образовательного ценза, оседлости, социального происхождения, имущественного положения и прошлой деятельности, имеют право участвовать в выборах депутатов и быть избранными, за исключением умалишенных и лиц, осужденных судом с лишением избирательных прав.
Статья 136. Выборы депутатов являются равными: каждый гражданин имеет один голос; все граждане участвуют в выборах на равных основаниях.
Статья 137. Женщины пользуются правом избирать и быть избранными наравне с мужчинами.
Статья 138. Граждане, состоящие в рядах Красной Армии, пользуются правом избирать и быть избранными наравне со всеми гражданами.
Статья 139. Выборы депутатов являются прямыми: выборы во все Советы депутатов трудящихся, начиная от сельского и городского Совета депутатов трудящихся вплоть до Верховного Совета СССР, производятся гражданами непосредственно путем прямых выборов.
Статья 140. Голосование при выборах депутатов является тайным.
Статья 141. Кандидаты при выборах выставляются по избирательным округам.
Право выставления кандидатов обеспечивается за общественными организациями и обществами трудящихся: коммунистическими партийными организациями, профессиональными союзами, кооперативами, организациями молодежи, культурными обществами.
Статья 142. Каждый депутат обязан отчитываться перед избирателями в своей работе и в работе Совета депутатов трудящихся и может быть в любое время отозван по решению большинства избирателей в установленном законом порядке.
Глава XII.
Герб, флаг, столица.
Статья 143. Государственный герб Союза Советских Социалистических Республик состоит из серпа и молота на земном шаре, изображенном в лучах солнца и обрамленном колосьями, с надписью на языках союзных республик: “Пролетарии всех стран, соединяйтесь!”. Наверху герба имеется пятиконечная звезда.
Статья 144. Государственный флаг Союза Советских Социалистических Республик состоит из красного полотнища с изображением на его верхнем углу у древка, золотых серпа и молота и над ними красной пятиконечной звезды, обрамленной золотой каймой. Отношение ширины к длине 1:2.
Статья 145. Столицею Союза Советских Социалистических Республик является город Москва.
Глава XIII.
Порядок изменения конституции.
Статья 146. Изменение Конституции СССР производится лишь по решению Верховного Совета СССР, принятому большинством не менее 2/3 голосов в каждой из его палат.
Президиум Чрезвычайного VIII съезда Советов Союза СССР:
И. Акулов (И. Акулов)
А. Андреев (А. Андреев)
Ю. Ахун-Бабаев (Ю. Ахун-Бабаев)
В. Блюхер (В. Блюхер)
С. Буденный (С. Буденный)
К. Ворошилов (К. Ворошилов)
Н. Ежов (Н. Ежов)
А. Жданов (А. Жданов)
Л. Каганович (Л. Каганович)
М. Калинин (М. Калинин)
А. Киселев (А. Киселев)
С. Косиор (С. Косиор)
М. Литвинов (М. Литвинов)
П. Любченко (П. Любченко)
А. Микоян (А. Микоян)
В. Молотов (В. Молотов)
Г. Мусабеков (Г. Мусабеков)
Г. Орджоникидзе (Г. Орджоникидзе)
Г. Петровский (Г. Петровский)
П. Постышев (П. Постышев)
И. Сталин (И. Сталин)
Д. Сулимов (Д. Сулимов)
Н. Хрущев (Н. Хрущев)
А. Червяков (А. Червяков)
В. Чубарь (В. Чубарь)
Н. Шверник (Н. Шверник)
Р. Эйхе (Р. Эйхе)
Москва, Кремль,
5 декабря 1936 года.
http://www.1000dokumente.de/index.html?c=dokument_ru&dokument=0021_ver&object=translation&st=&l=ru
Levan Ramishvili
SocialVibe